— Да, — кивнул ему я, машинально дозарядил ружье и побежал к автомобилям, к которым уже начали поспешать остальные. Внезапно на полпути остановился и резко поменял вектор движения.

«Царица!»

Это она спасла нас, вернее, меня. Какая-то таинственная связь соединила нас навеки.

«Что же она такое⁈»

Не думая ни о чем, я преклонил колени и сунул в пласт перегнившей хвои, что щедро покрывала землю вокруг древа, серебряный крест, что лежал у меня в кармане. Надо одарить Царицу за помощь. Не знаю, показалось мне в этот момент, или так и вышло, но торчавший наружу кончик креста молниеносно исчез из виду. Мой почин тут же поддержали. Надо полагать, люди сердцем почуяли, что это правильно. Один за другим егеря становились на колени перед той, кому обязаны были жизнью, и оставляли самые дорогие для себя вещи. Затем вставали и стремглав неслись к машинам.

Я сел последним, и мы тут же рванули с места. Путь обратно я почти не помню. Ошеломлённые схваткой с нежитью егеря всю дорогу молчали. Лишь Пабло время от времени бросал в мою сторону пронизывающие взгляды. Через мост проехали уже в полутьме, а лагерь разбили на угоре после Волчьего ручья, прямо в лесу. Меня в этот раз не трогали. Данияр, знахарь команды, здорово смахивающий на цыгана, подал небольшую кожаную фляжку и с усмешкой заявил:

— Вряд ли ты сварганишь из нее бубен, так что лучше хлебнуть.

Я сделал хороший глоток и тут же закашлялся. По вкусу похоже на бальзам, и напиток очень уж крепкий, градусов за пятьдесят.

— Что это?

— Прожгло нутря? То-то же, налей себе еще в кружку. Сейчас принесу цай.

На ужин ничего не готовили. Из запасных канистр налили воды для горячего цая и раздали всем сухпай. Лепешки с сыром и шматы копченого мяса. Только начав есть, я ощутил зверский голод. Да, терпковатый на вкус бальзам, хотелось как следует закусить. Понемногу народ разговорился. Некоторые поглядывали в мою сторону. Ведь именно благодаря мне у нас все получилось, и мы остались живы. Хотя, что бы я сделал без слаженного огня егерей?

— Ты как? — Светозар долил себе в кружку бальзам и поднял. — За то, чтобы удача никогда не покинула тебя, варяг! Честно сказать, я до конца не верил Наине. Но ты воочию доказал свой дар.

— Спасибо.

— Странно. Ты варяг, а временами говоришь, как поклонник бога жидов.

Я глянул на предводителя егерей и усмехнулся:

— У меня не менее странный мир, чем твой. Расскажешь о своем?

Светозар громко и совершенно искренне рассмеялся, как человек только, что избежавший неминуемой смерти.

— Я ожидал всего, но такого. Яромир, ты закончил делать охранный круг? Неси сюда бутылку.