Он предназначен для патрулей, потому для скорости имеет узкий корпус и мощный, нещадно дымящий двигатель. Спереди на палубе установлено орудие. На мой взгляд, миллиметров 40–50. Для здешнего флота серьезная угроза. Само орудие защищено броней спереди и по бокам. Борты насада также бронированы на баке, но не сплошняком. На рубке заметны откидные бронированные ставни. Сзади на высокой площадке спаренный станковый пулемет. Также защищен металлом от пуль. На палубе выстроились речные стражи в синих робах. И винтовки у них автоматические, а не простые карабины. Интересно. Хотя флот и у нас всегда снабжался лучше пехоты.

Вторую половину дня я потратил на изучение оружия двух белокурых братьев. Будимир с охотой показал мне, как разбирать и собирать «Скорострел». Не Калаш, конечно, но все логично устроено и сделано фабричным способом. И точно не в Беловодье. Кто-то, получается, нашел «закладку». И она осталась от того же народа, что населял Лебединую Ставку. Вот эта мысль привела меня к неожиданному разговору с Яромиром. Попросив у парней сделать несколько выстрелов короткими очередями, я обратился к их командиру:

— Не скажешь, зачем вы оставили ваше большое оружие в Свинческе?

Белобрысый бородач усмехнулся:

— Не скажу.

— Давай тогда сам догадаюсь. Это как-то связано с вашей предстоящей большой охотой?

Яромир хмуро оглядел меня:

— К чему такие разговоры, варяг?

Я вздохнул, но деваться некуда. Перспективы постройки семейного гнездышка стремительно таяли. А хотелось очень. Так что извини Болян, но назвался груздем — полезай в кузов.

— Желаю напроситься.

Помощник Светозара был серьезно удивлен моим запросом и не смог сдержаться:

— С каких это пор ты готов участвовать в опасной охоте?

— С тех, как на меня самого начали охоту. Не хочу быть добычей.

Яромир оценил мрачную подноготную моего ответа и деловито кивнул:

— Я буду рад увидеть тебя в своей команде.

«Вот и договорились!»

До вечера мы провалялись на корме. Я успел выспаться и затем осоловело наблюдал за населенными территориями области, в которой проживаю. Села, фактории, аванпосты. Волость Вортюга на полста верст вверх по течению раскинула свои щупальца. На юге неспешно прирастает аграрными угодьями, присоединяя каждый год от пяти до десяти километров полей и лугов. Целина давала в первые годы неплохой урожай. Это и была настоящая причина постоянной экспансии. Вортюга — один из основных поставщиков зерна и мяса на Верхоянские заводы.

Север же — это также постоянно продвигающаяся граница. Эдакий фронтир. Я уже на своей шкуре убедился, что почти сто верст «Дикого поля» весьма плохо сказываются на торговле и прочих мирных занятиях. Зарабатывать приходится с огромным риском. И это неумолимое поступательное движение на север каждый год оплачивается кровью. Между тем лишнего народа в волости не наблюдается.