Мы въезжали в густонаселенные жилые кварталы, и все тут же с любопытством уставились в окна. Мало кто бывал в таком громадном по местным меркам городе. Он, пожалуй, раз в десять больше Вортюги и, говорят, входит в пятерку крупнейших, что стоят на Великой реке. По мне Краснозаводская архитектура в целом была незамысловата и излишне утилитарна, а городское обустройство хуже, чем в нашем городке. Или мы просто проезжали через простонародные кварталы?
Двух, трехэтажные дома строили по причине уровня напора местного водопровода. Да и без лифта жить выше тяжеловато. Таскать все приходилось на себе по узким лестницам. Судя по трубам, отопление, как, впрочем, и у нас устраивалось сразу на весь дом. Так экономичней, да и дыма меньше. Минус общего бойлера для горячей воды — надо успеть помыться. А в здешних человейниках проживало не менее сотни семей. Интересно, как они решают подобную проблему?
Первые этажи, выходящие на улицу, как водится, оказались заняты многочисленными лавками, харчевнями, цирюльнями, мастерскими по починке обуви и платья и подобными им заведениями. То есть в пределах своего квартала ты мог купить основные продукты и получить большую часть услуг. Насколько мне объяснили более опытные товарищи, питаться в едальнях было проще и дешевле, чем готовить самому. Да и утром или вечером время экономишь. Еда, как и везде вдоль реки стоила здесь не так много. Нужно быть конченым лентяем, чтобы голодать в этом мире.
Мы прибыли в Краснозаводск в разгар рабочего дня, поэтому людей на улицах гуляло относительно немного. Жители или работали, или отдыхали после смены. Женщины в заводских городах в массе своей также трудились. Если не в торговле или сфере услуг, то на подсобных производственных должностях. Зато в Верхоянских градах повсеместно существовали подобия детских садов, ну и, конечно же, школы. Коммунаров давно уже не было, но их наследие продолжало жить.
Наверное, это одна из причин, почему люди здесь остаются или даже сюда едут из других, менее успешных поселений. Во многих местах жизнь фактически на фронтире была тяжелей и опасней. Если ты не так ценил свою свободу и хотел более комфортабельного существования, то тебе прямая дорога сюда. Но зато будешь всегда накормлен, одет и в безопасности.
Ситуация здорово напоминала мой постиндустриальный мир. Всеобщее декларирование свобод внезапно сопровождалось их беспрестанным ограничением. Люди не заметили, как стали жить под постоянным прессингом властей и лиц, стоящих за ними. Формальный закон подмял под себя все традиции и человеческие установки. Мнимая свобода вместо необъятной людской воли! И это был не наш выбор.