* ⠀* ⠀*

На самом деле трудно было сразу сказать, во что мы вляпались теперь. Я увидел трёхметровый вал, который начинался в паре метров от границы леса. Дорога сворачивала влево, проходя у самого основания вала. Лес обрывался внезапно, словно был отрублен ударом меча. Вал, насколько я мог видеть, а это было не очень далеко, протянулся в обе стороны.

Я слез с фургона и направился к начальству, и как раз вовремя, чтобы услышать вопрос Лейтенанта:

— Ну что? Гоблин? Одноглазый? Какие мысли по поводу этой геометрической фигуроёвины?

Всех напрягала мгновенная и очень ровная граница леса без подлеска. Никто из наших даже самых буйных отморозков не осмелился показать из него носа.

— Это магия, — заявил Одноглазый.

— Без тебя вижу. И всё сразу стало понятно, да? — хмыкнул Лейтенант. — Услышу всю эту мудрую мутотень, налеплю серебряную звёздочку на жопу и мгновенно отправлюсь в Домик счастья миссис Хэтти в Розах. А, можно за половину той звёздочки получить обслуживание качеством повыше?

Это был очень заковыристый способ дать понять Одноглазому, что он никак не помог.

Колдун с недоверием уставился на Лейтенанта. Все в пределах слышимости застыли с открытыми ртами.

Должно быть, Лейтенант был в страшном стрессе. Это была одна из самых длинных речей, которую кто-либо от него слышал. Даже Одноглазый, который не лез за словом в карман, особенно за глупостью, и тот охренел.

Замечательно. Так-то мелкий говнюк мало впечатлительный.

Гоблин мгновенно увидел возможность сильнее подковырнуть своего оппонента:

— Я пойду осмотрюсь, босс, — и гусиным шагом дошёл до вала, а затем и взобрался наверх. Оказавшись там, он замер, уставившись в одну точку, словно не мог поверить своим глазам.

Следующим, кто нашёл в себе смелость выйти из леса, была Душечка — наш талисман и самое ценное секретное оружие.

И понеслось. Ни один уважающий себя парень, не мог позволить девушке быть храбрее. Всё пришло в движение. И ваш летописец, и хранитель летописи — то есть я, Каркун — в том числе. Хотя и оказался в числе последних, так как был на девяносто процентов уверен, что, прежде чем я заберусь туда, услышу крик, что Взятые летят.

Не прилетели, зато из меня вытекло пару стаканов холодного пота, пока я стоял на открытом месте.

Вид с вершины вала был потрясающим. Ошеломляющим. И тревожным.

Первое, что невозможно было не заметить — насыпь полностью окружала широкую поляну, находясь всего в нескольких метрах от хирургически точной границы леса. Второе: эта поляна была просто огромного размера, больше всех прочих.

Дорога обходила земляной вал слева примерно на четверть круга и входила в проём. Далее, она поворачивала и шла прямо через середину к другому проёму напротив и, как я решил, снова сворачивала вдоль внешней стороны вала, до поворота в первоначальном направлении.