Ещё на этапе «двухнедельной» медкомиссии, растянувшейся почти на три недели, у Ербола появились первые соображения в новом направлении: можно было только догадываться, какие задачи предстояло решать. Комиссия, кстати, была как на космонавта: если «не шёл» какой-то анализ (например, СОЭ и что-то ещё, в крови и моче, обсуждалось в кабинете у терапевта), то назначались более углублённые исследования; сам анализ пересдавался, по нескольку раз; и так до тех пор, пока результат не оказывался в рамках нормы.
Ербол однажды, по неведению, попытался сдержанно повозмущаться и «надавить», но пятидесятилетняя женщина-терапевт безэмоционально посмотрела на него поверх очков:
— Ты в тюрьму или на улицу, в арык, безработным хочешь?
— Нет, — чуть отпрянул назад от её напора Ербол. — А к чему такой драматизм⁈
— Если любой врач у тебя что-то не обнаружит, то… В общем, и мы тоже не хотим, — отрезала терапевт. — Мочу пересдать. Бухал накануне?
— Ну, не то, чтоб очень… — замялся Ербол.
— Почему в анкете употребление алкоголя отрицаешь? — женщина продолжала сверлить Ербола взглядом, далёким от симпатий. — Если ты не пьёшь вообще, сказавшись мусульманином, а у тебя в моче находят такое…
— Это плохо? — неожиданно вспотел Ербол, далёкий до сего дня от медицины. — Это опасно?
— Опасно врать врачам, — сварливо ответила женщина. — На пересдачу! Завтра, с семи до восьми. Кровь тоже. Так что, пьёшь-таки?
— Изредка, только по поводу, — признался Ербол.
— Почему сразу не сказал? Есть же «нерегулярно» и «крайне редко» в таблице, — забормотала доктор, что-то чёркая ручкой в медкарте Ербола. — О-о-о, у-у-у , ещё и с ацетоном… так ты вдобавок диабетик, что ли⁈
— Спаси Аллах! — встрепенулся Ербол. — И близко ничего такого нет! Я же в армии, смотрите сами в каком отряде! Что ещё надо пересдать⁈
— У меня тут не видно, где ты и кто. Обычный комиссионный… Голодал? — Она вновь подняла глаза на Ербола. — Не жрал сколько перед анализом?
— Да пару дней, может, три, — подобрался Ербол, поскольку диета перед сабантуем была вынужденной.
И проходила исключительно из-за пертурбаций в отряде и в связи с открывающимися перспективами. А пить пришлось натощак.
— Похоже на правду, — хмуро кивнула доктор. — Так, а что у нас с воспалениями? Что у тебя хроническое?
Ербол не хотел признаваться в некоторых деликатных моментах своего прошлого, но, незаметно, за какие-то пятнадцать минут, поймал себя на том, что местная врачиха теперь знает о нём больше, чем все остальные, вместе взятые. Включая жену. В части медицины и некоторых диагнозов, по крайней мере…