— Где бы ручку взять, — бормочу в ступоре.
— Дурак? — бросает Лена. — Зачем?
— Время указать. Под жгут.
— Не так. — Лена качает головой, обмакивает свой палец в кровь на полу и рисует на лбу вначале у одного, потом у второго пострадавшего текущее время минус четыре минуты.
— Время ампутации, — бросает Лена мне.
Школьная врач уже собрала ампутированные фрагменты, как надо: каждый обвёрнут влажной салфеткой и упакован в свой пакет. Не смотря на бледность, врач держится молодцом.
— Что дальше? — спрашивает она у Лены.
— Холодную воду и лёд. — Отвечает Лена, но потом бросает взгляд мне за спину и добавляет. — Не надо. Уже несут.
К нам подбегает пара женщин из столовой, которые дословно выполнили все инструкции.
Лены быстро наполняет ещё один стерильный пакет, взятый из аптечки доктора, водой, помещает туда пакеты с ампутированными конечностями, а сам пакет с водой кладёт в третий пакет со льдом. Получая какой-то трёхслойный мешок.
— Так. Здесь всё. Погнали. — Говорит Лена, кажется, сама себе, и одним плавным движением поднимается с колен на ноги, держа «тройной» пакет в руке. — Возьмите, — Лена фотографирует второй рукой лбы пострадавших с цифрами, затем протягивает школьной врачу, семенящей за нами, свой телефон. — Пароля нет. На букву «Д» контакт ДЕЖУРКА. Дозвонитесь срочно. Сообщите возраст, пол, время травмы, время начала охлаждения тканей. Это плюс четыре минуты к лбу.
Школьная врач кивает, закусив губу.
— Тяжесть, скажете, средняя. Если быстро найдёте в личных делах группу крови и резус-фактор — то и их. Но это только если точно известно! Ещё механизм травмы.
— Есть у меня группы крови! Я к себе! — школьная врач торопливо исчезает в направлении своего кабинета, громко говоря по пути. — Сейчас дозвонюсь!
— Мелкий, ведём обоих в машину, — говорит Лена мне, занимая место сзади нас. — А вы двое, взяли мой чемодан и за мной обратно его в багажник!
Подхватываю обоих пострадавших, помогаю подняться на ноги и веду на выход.
Наша процессия из шести человек, с чемоданом, с двумя пострадавшими быстро топает по аллее. Бросаю Лене через плечо:
— Лен, как насчёт промедола? Может, вколоть? От греха подальше? — промедол я заметил у Лены в аптечке, которую следом за нами тащат два одноклассника пострадавших.
— Мелкий, заткнись, — дальше Лена вполголоса матерится, но потом на ходу поясняет. — Пацаны здоровые. От болевого шока точно не загнутся за семь минут. Твой укол — дополнительная нагрузка на сердце, действие через двадцать минут при вутримышечном, а действует три-четыре часа. Если уколоть сразу, а действие только начнется, то анестезиолог потом заебётся считать… Мелкий, заглохни! Где ключ?