Из коридора послышались возмущенные вопли. Я приоткрыл дверь и выглянул узнать, что происходит.

— Это не вагон, а проходной двор! — орал на проводника господин, с которым у меня был общий санузел. — Сначала у меня пропала важная папка, потом шляпа, а теперь вообще кистень, подаренный коллегами на юбилей.

— Вы постоянно держите открытым окно, — жалобно сказал проводник. — Вот ваши вещи и того… сдувает.

Я опять почувствовал чужое внимание, но ни один из собеседников на меня не смотрел. Кто-то другой наблюдает? Или просто отметили случайного зрителя? Неинформативная способность, с такой стать параноиком — раз плюнуть.

— Кистень сдуло ветром? Ну, знаете ли.

— Не обязательно. На станции могли заглянуть в окно и цапнуть то, что поближе лежало. Согласитесь, что обвинять меня в пропаже ваших вещей странно: я к вам не заходил.

— Безобразие! — рявкнул господин и резко закрыл дверь.

Проводник посмотрел на меня:

— Сударь, у вас тоже что-то не в порядке?

— Нет, я лишь захотел узнать, что происходит. Часто из закрытого купе что-то пропадает?

— Да что вы! У нас ничего не пропадает. Этот господин наверняка найдет свою пропажу под подушкой. Или не найдет, если ее действительно украли через окно на станции. Такие умельцы есть, что нужно держать ухо востро всегда.

Когда я закрыл дверь и повернулся к Валерону, кистеня нигде не было видно.

— Отправил обратно? — предположил я.

— Зачем? — удивился Валерон. — Прибрал. Я свое не возвращаю. А это наше. Дарственной надписи там нет, я проверил. Твой сосед смирился с потерей, а нам оружие не помешает. К тому же не факт, что в его планах нет нападения. Я бы на твоем месте спал вполглаза. Я, конечно, караулить буду, но гарантии не дам.

На мой взгляд, мужчина, выглянувший в коридор, на убийцу не тянул — этакий типичный недотепа в очках и с лишним весом. И то, что он постоянно что-то терял, тоже говорило в пользу того, что он не по мою душу. К тому же…

— Смысл на меня сейчас нападать? Я осколок уже получил. После моей смерти он уйдет близким родственникам. То есть матери и сестре.

— Это если причина была в нем. И с магическими предметами наследование не такое простое. К тому же зачем наследовать то, что можно снять с трупа?

— Оптимист ты, как я посмотрю.

Настроение он мне знатно подпортил, даже появилось желание сойти на ближайшей станции и затеряться, отправившись в Дугарск, как я первоначально собирался. Остановило лишь то, что реликвию Вороновых будет собрать куда проще, чем остальные — именно из-за моей принадлежности к семье. Собрать хотя бы одну реликвию для меня было жизненно необходимо, чтобы не умереть через год. Я подозревал, что собрать не обязательно, главное — постоянно двигаться в нужном направлении, но проверять это не собирался. Как-никак цена ошибки — моя жизнь.