— У нас сильное войско и мудрый Правитель. Справятся без тебя. Я знаю несколько мест, где ты сможешь укрыться на время.
Я машинально кивнула. Отец называл адреса и людей, а в моей голове со звоном рушилось что-то важное, что-то казавшееся вечным и священным.
Утром я специально поднялась пораньше, быстро собралась, чтобы успеть ускользнуть до пробуждения домашних. Но на выходе из дома меня подстерёг брат и настоял, что проводит в комендатуру.
Роса ещё не просохла, воздух благоухал ночными цветами и влагой, улицы были почти пусты.
— Ты летишь за линию фронта, — тихо и совершенно не вопросительно произнёс Милан. — С Гремартом.
Он сделал паузу и, не дождавшись возражений, продолжил:
— Значит, что бы тебе не поручили, дело очень опасное. Ты можешь не вернуться.
Я посмотрела на брата и встретилась с хмурым и напряжённым взглядом. И он туда же. Неужели даже он, добровольно выбравший служение на благо столицы, не понимает меня?!
— Я поговорю с отцом, — заявил Милан.
— Не поможет. С этой задачей могу справиться только я.
— Так не бывает!
Его голос прозвучал резко и слишком громко.
— Я получила прямой приказ Князя, — прошептала я.
— Тогда я пойду с тобой.
— Два человека. Больше нельзя. Нам ясно дали это понять.
— Бездна их подери, Леона! Я всё равно попробую!
Я взяла его широкую ладонь и сжала обеими руками.
— Спасибо, Лайон.
Он всё же улыбнулся. Видимо, вспомнил, как дедушка ласково поддразнивал нас, называя Лайон и Леона. За Миланом домашнее имя не закрепилось, а вот мне моё осталось в наследство вместе с историями о колодце.
Знакомый часовой без вопросов пропустил меня в комендатуру. Несмотря на ранний час, Гремарт уже был на месте и, похоже, радости от моего появления не испытал.
— Достопочтенная Аления Моэм-Линт.
— Достопочтенный Кириан Гремарт.
— Вы спали?
Вопрос мог бы показаться проявлением заботы, если бы не тон Солнечного.
— Не долго.
— Вам необходимо хорошо отдохнуть. Нам предстоит трудный перелёт. Насколько часто вы летали ранее? Какое максимальное время проводили в воздухе?
— Я летаю минимум раз в месяц последние пять лет. Самый длительный перелёт был около трёх… четырёх часов.
Губы Гремарта на долю секунды скривились. Для представителя знати он не слишком хорошо умел скрывать эмоции.
— В этот раз всё будет иначе. До первого привала нам лететь не меньше шести часов. С грузом.
— Время рассчитано исходя из выбранного вами маршрута?
— Время рассчитано вне зависимости от выбранного маршрута.
Тёмная ушла, и Кир с Алайном остались вдвоём.
— Суров ты, брат!
— Ты любезничал за нас обоих, — огрызнулся Кириан.