Солнечный ищейка ушёл, и отец учинил мне такой разнос, какого не устраивал никогда прежде. Когда я наконец вышла из кабинета, уши у меня пылали, в горле стоял ком, а сердце отбивало мелкую дробь.
Придав лицу более или менее достойное выражение, я отправилась к себе в комнату. Хотела побыть одна, как привыкла делать после выволочек магистров.
Не тут-то было! У дверей меня перехватили тётя Агата, Элея и Эстер. Спальня становилась всё менее уединённым местом.
— Всё в порядке? Зачем тебя вызывал папа? — встревожено спросила Эстер.
— Это правда, что там был Кириан Гремарт? — азартно блестя глазами, встряла кузина Элея. — И какой он?
— Был… — я опешила от такого напора. — Типичный Солнечный. А откуда вы его знаете?
— Ты что?! Он же побратим княжича и самый завидный жених столицы! — всплеснула руками кузина. — Он что, приходил свататься?
Я закашлялась.
— Нет, конечно!
— Ещё не хватало! — вмешалась тётя Агата. — Солнечные не заключают браки с тёмными! К тому же Солнечные ужасно распутны! От них сплошные неприятности!
— Матушка, ты отстала от жизни! Сейчас браки между великими родами входят в моду!
— Потому в Риталисе катастрофическая демографическая ситуация, болезни и война! Не нужен Леоне такой жених. Тем более у неё есть Пол Юлиан. Богатый, воспитанный и образованный.
Я еле сдержалась, чтобы не закатить глаза. Обычная песня тётушки Агаты. Она, хоть и была младше тёти Ивон и отца, выскочила замуж прямо со школьной скамьи, несколько лет в эйфории медового месяца таскала супруга по миру, пока не кончилось его наследство, а потом осела в родовом особняке Моэм-Линтов и родила Клода в тот же год, когда моя матушка родила Ольгу. С недавних пор казалось, что Агата видела своей миссией снабдить всех вокруг парой и погрузить в пучину столь же безоблачного счастья.
— Милая, так почему же тебя вызывал отец? — прозвучало послание голоса разума в лице Эстер.
— Расспрашивал о событиях в Высшей Школе, — соврала я.
Вопросы разом прекратились, и все посмотрели на меня с сочувствием.
— Тебе бы развеяться, деточка, прогуляться, — проникновенно проговорила тётя.
— Благодарю, тётушка. Я воспользуюсь советом, — склонила голову я и, не дав ей и Элеи раскрыть рта, повернулась к сестре. — Ты составишь мне компанию, Эстер?
— Конечно.
Солнце светило нещадно. Мы пробыли во дворе всего пять минут, а я уже чувствовала себя полуготовым обедом — последствия болезни и побочный эффект многогранного дара. Я опустила руки в чашу бывшего фонтана, подняла лицо к небу и ощутила, как по венам щекотно струится стихийная сила. Солнце подёрнулось лёгкой дымкой облаков. Эстер покачала головой, но смолчала.