* * *

Минут через пятнадцать со стороны наблюдательной вышки полигона появился пыльный шлейф от нескольких УАЗиков. Из машин вышла куча посредников и наш комдив. Все они неторопливо зашагали к нам, при этом внимательно осматривая матчасть и огневые позиции.

— Товарищ генерал-майор! Самоходный артдивизион, после совершенного марша, вышел в указанную точку, занял позиции. К выполнению поставленной задачи готов.

Пожилой генерал молчал. Старший посредник почти угодливо спросил у него: — Разрешите, товарищ генерал?

— Пожалуйста Георгий Львович.

Сделав пару небольших шагов навстречу старший посредник с тремя полковничьими звездами начал загибать пальцы: — Ну что ж… С выходом, в общем и целом будем считать в норме. Марш… тоже… Хотя принятое решение, пройти по дамбе — очень рискованное, ваше счастье, что не произошло ЧП, ни с людьми, ни с техникой…

При этих словах, один из офицеров-посредников бывший с нами на марше глумливо усмехнулся, но смотрел при этом не на нас с Едрихиным, а почему-то на Георгий Львовича, которого я сразу окрестил «полкан Жора». Тем временем он продолжил: — В ходе ракетного удара по позициям дивизиона, выведена из строя вся техника, за исключением трех самоходок, а так же личный состав. Расчеты оставшихся в строю третьих орудий, в каждой батарее лишились: в первой батарее — наводчик, второй — командир, третьей — заряжающий.

Пока он все это озвучивал, подъехала колонна крытых «Уралов». Посредники зачитали список — и в кузова отправилось всего около двухсот человек. Командиров батарей, огневых взводов— туда же. Меня, майора Едрихина — туда же. Майор сначала удивился, а потом не на шутку разгневался:

— Быть такого не может! Быть не может, чтобы всех офицеров! Кто-то же должен остаться! Я, например. Я — могу!..

Один из посредников, сухопарый и длинный подполковник, не вынимая изо рта папиросы и не глядя на Едрихина, процедил: — Бросьте, пуля в бою не разбирает!

— Но вы-то… вы разбираете! — майор с ожесточением швырнул в кузов плащ-накидку, противогаз, полевую сумку… Вид у него был жалкий. Казалось, вот-вот он заплачет. Подполковник не вытерпел этого: — Стыдно, товарищ майор, — Черные глаза посредника были полны укора и строгости. — Или мы вам запишем, что вариант не отработан, или… — Он не договорил — отошел к машинам.

Со стороны вышки взлетела красная ракета и в двух километрах от нас на поле из клубящегося тумана сначала выползли темные силуэты танков. Конечно, это были не танки, а неплохо изготовленные макеты, которые двигались на тележках по рельсам типа декавильки. Но все равно… Хоть давно уже не мальчик, но с замиранием сердца я внимательно наблюдал за действиями своих подчиненных.