Я поздоровался с незнакомыми мне людьми: — Здравствуйте товарищи! Подполковник Нечволодов. — Мы обменялись энергичным рукопожатием. — Это капитан Смагин. — указал рукой на командира ИСР.

— Здравия желаю, капитан Смагин.

— Завируха Евгений Николаевич, директор"Райсельхозтехники", а это мой главный инженер. — представил он второго мужчину.

Все таки подчиненный, пронеслось в голове.

— Мне доложили что здесь находится ПМК-17…

— Наша «Райсельхозтехника» и ПМК занимаем одно здание…

— Понятно. Начальник ПМК будет?

Взглянув на часы, Завируха тихо ответил: — Должен быть не позже чем через три минуты.

И действительно, прошло буквально полминуты, как в коридоре послышались шаги. Завируха поднял голову: — Вот и начальник ПМК со сводкой.

Открылась дверь, и в кабинет зашел мужчина лет пятидесяти, с загорелым лицом, коротким ежиком седых волос и в полевой военной форме нашей родной Советской Армии. Как же я был рад увидеть кого-то еще из нашего времени! У меня непроизвольно на лице появилась улыбка, у них же наоборот, от удивления поднялись брови и опустились подбородки. Нисколько не смущаясь представился: — Начальник ПМК номер семнадцать Луняченко Сергей Сергеевич.

Весь его вид, поведение говорили о том, что он из бывших военных. Когда на его голос повернулся командир саперной роты, Луняченко с удивлением спросил: — Смагин, а ты тут какими судьбами?

— Ехали на учения, а попали… попали непонятно куда, товарищ под… подполковник.

Поясняя ситуацию Луняченко объяснил: — Шесть лет назад, лейтенант Смагин, после тюменского училища прибыл на должность командира взвода, в инженерно-саперный батальон, которым я тогда командовал.

Не теряя ни секунды, я перешел прямо к делу: — Я думаю, что все мы понимаем, почему мы все здесь собрались. Произошло событие, из разряда фантастики: мы перенеслись, или нас перенесли в сорок первый год, ровно на сорок лет назад, как раз в самое начало Великой Отечественной Войны. Какие у Вас соображения?

Первым высказался главный инженер «Райсельхозтехники»: — Вы уверены в том, что сказали только что?

— Абсолютно! А у вас есть какие-то сомнения?

— Честно говоря, логически прихожу к такому же выводу, а когда его уже надо принять — все, как будто стена какая, переступить через это не могу! Не могу, и все! У меня там жена, дочь остались. Как я без них? А?

— У многих такая же ситуация, но все мы надеемся, что удастся вернуться назад.

Дольше всех, перед тем как высказать свою точку зрения молчал Завируха. Когда уже все начали на него смотреть, он положив карандаш на стол, сказал: — Мужики, честно: у меня в голове, просто не укладывается все, что я сейчас услышал от вас. Поэтому, давайте я пропущу этот момент и будем думать, что делать дальше. У меня все.