Подъезжая к развилке, я не узнал ее. Огромные воронки, от которых еще вовсю отдавало кислым запахом взрывчатки, преобразили местность. Трава обгорела и была черной, всюду валялись вырванные с корнем кусты и тела красноармейцев. Их было трое, вокруг одного было натуральное красное месиво, врытое в землю, куски обмундирования, расколовшийся приклад винтовки. А впереди лежат еще двое. Их не разорвало, но тела все изрешечены осколками. У одного видно как перебита шея, и голова неестественно откинута назад — все лицо — сплошной свекольного цвета волдырь. Из-за покосившегося броневика раздавался непрерывный крик раненого. Подойдя ближе, увидел, что у него ниже локтя оторвана рука и он поддерживая ее другой, сидя на земле, кричит.

Один из моих солдат не дожидаясь команды, вытащил из аптечки шприц и прямо через гимнастерку вколол в предплечье покалеченной руки. Приговаривая при этом: — Потерпи браток! Сейчас легче будет! О-о-о! Да ты молодец, что смог руку перетянуть!

И принялся перевязывать культю.

Постепенно к нам подошли двое уцелевших бойцов, оба они были с легкими ранениями. Как я понял, это были те бойцы о которых говорил Петренко.

— Что здесь произошло? Обратился к одному из них.

— Товарищ командир, как только вы уехали, решили мы перекусить, разожгли костер, уже сели принимать пищу, как налетели немцы, вот одной бомбой всех и побило.

— А вы?

— А мы поели еще до вашего приезда, и прилегли недалеко в тенечке. Когда прибежали, то все уже побитые были, только Кольке… Виноват, красноармейцу Ермакову культю перетянули, что бы кровью не изошел.

— Понятно. Что же с вами делать? Где ваш командир? Какая часть?

— Не имею право говорить этого, товарищ командир! И без разрешения начальства не могу бросить пост!

— Так как быть? Вам всем к врачу надо! Садитесь на свой броневик и езжайте в санчасть, все одно вы уже не бойцы.

— Не едет он, после второй бомбежки перевернулся и после этого не заводится.

В этот момент, сержант, который делал перевязку тяжелораненому сделал мне знак и подойдя шепотом доложил: — Товарищ лейтенант, надо срочно доставить тяжелораненого к хирургу, если в ближайшие два часа не сделать операцию, то парень умрет от заражения крови. Я ему вколол двухпроцентный раствор промедола из аптечки, но это не надолго.

Кивнув ему, что мне все понятно, развернувшись к легкораненому с которым говорил, спросил:

— Мотоциклом кто-то умеет управлять?

— Я умею, товарищ командир, да все мы умеем, мы же из роты регулирования!

— Тогда я передаю в ваше распоряжение мотоцикл, и приказываю: в течении, не более двух часов доставить тяжело раненного к хирургу, иначе…