Фрол закончил работу под навесом и вышел к ближнему краю стоянки. Нам с ним предстояло уходить последними.
— Всё, командир! Готово! — выдохнул он, вытирая рукавом потный лоб.
— Гена! — крикнул я. — Газуй!
Сидоров влетел в кабину и вывел грузовик через задние ворота. За каменным хозяйственным строением его уже ждал Шестаков с тремя задержанными. Семён помог поднять хромого в кузов, следом забрались двое остальных и Платон. Тарасов отступил от своей позиции и задержался у машины, прикрывая посадку.
— Люди в кузове! — донёсся голос Семёна.
Антось с Семёном пошли вперёд пешком проверить ближайший перекрёсток. Грузовик тронулся за ними. Шестаков должен был доставить освобождённых к своим помощникам, на условленную внешнюю точку.
Я увидел, что машина отъехала, и махнул Фролу:
— Давай!
Старик чиркнул спичкой и поджёг подготовленный шнур. Мы бросились к выходу, держась подальше от стоянки. За спиной хлопнуло. Пламя охватило обездвиженные машины. Густой чёрный дым закрыл караульным прямой обзор задних ворот.
Мы с Фролом успели забежать за хозяйственное строение, когда рвануло под навесом.
БАБАХ!
Земля дрогнула под ногами. Я пригнулся, схватил Фрола за рукав и потащил дальше от угла.
Часть навеса рухнула. Сквозь дым мелькнули перекошенные балки, потом всё закрыло пылью. Что осталось от станка и двигателей, я отсюда определить не мог. Но работать под этим навесом немцы теперь точно не смогут.
Отбежав подальше, я на секунду оглянулся. Одни машины горели, другие оказались заперты между повреждёнными соседями и обломками. Людей мы вывели, задний путь пока оставался открытым.
Самым хреновым было то, что Лютце, скорее всего, остался жив. И если ещё не сообщил о нападении, то вот-вот сообщит.
Он нас видел. Благо не знал, где мы прячемся, да и имён наших не слышал. Но Шестакова здесь знали все, а Семёна с Геной видели рядом с ним. Вскоре патрули начнут искать нас по приметам. Прежде чем думать о следующей диверсии, придётся снова искать укрытие.
Тарасов дождался нас за строением и пошёл замыкающим. Фрол держался рядом со мной. Впереди уже скрылись Антось и Семён; машина ушла следом за ними. Мы двигались отдельно от грузовика с освобождёнными, но пока в ту же сторону.
В городе слышались свистки. У первой развилки нас встретил Антось: главную улицу уже перекрывали, Семён пошёл проверить, успел ли Гена свернуть.
Нам пришлось изменить маршрут и идти переулками. На наше счастье, начался дождь. Мокрая одежда липла к телу, под ногами становилось скользко, зато шум воды приглушал шаги.
На ближайшем повороте, откуда просматривался выезд на одну из боковых улиц, мы остановились. Семён прибежал обратно, весь мокрый, с лицом, покрытым грязью.