Это была она. Девушка, отвлекавшая меня во время нападения. Девушка, прыснувшая мне в лицо перцовым баллончиком.

Она меня не узнала. Смотрела спокойно, чуть любопытно, как смотрят на любого, кто пришёл с горячей новостью.

А я смотрел на неё и чувствовал, как кровь приливает к лицу, а в голове набатом стучит одна мысль:

«Она. Это она. Та самая тварь, из-за которой меня избили и ограбили. И теперь она здесь, в редакции, стажёркой. И я должен сидеть и рассказывать ей про конопляные поля, делать вид, что ничего не случилось».

Игорь Петрович с иронией посмотрел на меня и хитро улыбнулся.

— Молодой человек! Я понимаю, что от красоты нашей Леночки можно потерять дар речи, но все-таки вы не могли бы взять себя в руки и рассказать-таки, с чем вы пришли! — манера речи и небольшой акцент выдавали в Игоре Петровиче представителя народа, который нарек себя богоизбранным.

Рука сжалась в кулак под столом, но я взял себя в руки.

— Здравствуйте, — сказал я как можно ровнее. — Меня зовут Андрей. Я студент пединститута, факультета психологии.

— Приятно познакомиться, Андрей, — Игорь Петрович кивнул. — Итак, что за история про коноплю в приграничье?

Я начал рассказывать. Голос звучал ровно, почти монотонно, но внутри меня всё кипело. Я говорил про заброшенные совхозные поля, про дикорастущую коноплю, про охрану с автоматами и овчарками. Не упоминал ни имён, ни точных координат — только общее направление: Октябрьский район, берег Амура, бывшая Китайская просека. Этого было достаточно, чтобы вызвать интерес, но недостаточно, чтобы можно было легко всё проверить.

Лена записывала каждое моё слово. Её пальцы, сжимавшие ручку, показались мне знакомыми — длинные, тонкие, с аккуратным маникюром. Такие же пальцы держали тот проклятый баллончик.

Игорь Петрович задавал уточняющие вопросы, иногда перебивал, иногда кивал. Он явно заинтересовался.

— И ты сам это видел? — спросил он под конец.

— Да, — сказал я. — Недавно был в селе у родителей, ходил в лес. Наткнулся на их стоянку. Меня чуть не убили.

— Почему не обратился в милицию?

— А толку? — я усмехнулся. — Местные участковые сами, наверное, с ними на короткой ноге. Или боятся. А если газета напишет… Тогда и милиции придётся шевелиться.

Игорь Петрович посмотрел на Лену. Та кивнула, что-то пометив в блокноте.

— Ладно, Андрей, — сказал он, вставая. — Спасибо за информацию. Мы подумаем. Если решим, что тема стоит внимания — мы с тобой свяжемся. Оставь свои контакты.

Я написал на листке номер телефона в общаге, точнее, номер вахты, потому что своего телефона у меня не было, точнее, номер вахты, потому что своего телефона у меня не было, и свою фамилию. Встал, пожал руку Игорю Петровичу, кивнул Лене и вышел.