Твари были слабосильными и благоразумными — оценив наше превосходство, они спикировали и забились в щели. И все же, если мы проходили мимо, кусали за ноги — урона не наносили, но раздражали, как комары.

Ругнувшись, Руперт бросился за особо назойливым кххроем, но моб растопырился, задергался, заверещал, его подняло вверх, словно перышко в потоках воздуха, закрутило — и разорвало, только ошметки брызнули в стороны.

Руперт сделал шаг по инерции, взмахнул руками. Ридик среагировал первым — прыгнул вперед и, падая, схватил беса за копыто. Даже я со своей Ясностью лишь хлопал глазами. Благодаря Шутнику, Руперта, вляпавшегося в аномалию рукой, не утянуло целиком. Затрещали кости со связками, брызнула кровь, словно невидимый монстр тянул его, и руку беса оторвало по предплечье, а выше расплющило в кровавый фарш.

Бес дико заверещал, упал на спину и закрутился, как перевернутый жук, баюкая покалеченную руку. Не зная, чем помочь, мы окружили его.

— Ты голову в задницу засунул, когда я предупреждал?!! — Ридик воздел когтистый перст.

— Используй хао! — вскрикнула Лерра. — Регенерируй.

Воя и корчась, Руперт зажмурился, протянул здоровую руку, и я передал ему хао с поверженных хаоситов. Глядя на меня, остальные тоже выгребли свои запасы.

Впитав все переданное, Руперт заполучил вторую оранжевую звезду. Конечность беса начала восстанавливаться в бешеном темпе: срослись раны на плече, от локтя протянулась белая кость, сформировалась кисть, вытянулись пальцы, обросли сухожилиями, мышцами, затянулись кожей, — и через пару минут Руперт был как новенький. А еще прилично подросший: он сравнялся с Леррой.

Разинув пасть, Руперт глядел на руку и шевелил мелко дрожащими пальцами. Ему бы дать время оклематься от шока, но торчать на одном месте в Очаге Пустоты опасно.

— Идем дальше, — скомандовал я и сделал несколько несмелых шагов, надеясь на прокачанное восприятие .

Аномалии то виделись мерцающим маревом или неопасными на вид кислотными лужами, то выглядели как часть обычного ландшафта, вот только воздух над ними парил, будто над горячим асфальтом.

Скорость отряда заметно снизилась, а и без того трусоватый Руперт держался за спинами боевых товарищей.

Около двух часов мы блуждали по Очагу и не встретили ни одного моба, зато нам попадались облака розового, желтого, голубоватого хао, подвижные и изменчивые. Некоторые висели на месте, другие перемещались, принимая формы то призрачных демонов, то неведомых монстров размером с трехэтажный дом.

— Самая опасная дрянь, — объяснил посерьезневший Ридик. — Хаотические фантомы. Становятся тем, кого погубили. Там, где они, нет ничего живого.