— Нет, конечно, — хмыкнул Ливий. — Он бы и Школу Камня не закончил.
— Ха-ха.
Волк слегка улыбнулся. Можно было грустить сколько угодно, но Махус точно был бы против, чтобы по нему скорбели.
В какой-то момент Моро ушел. Когда луна ярко осветила все вокруг, к Ливию скользнула тень — это была Лягушка.
Ялум не стала ничего говорить. Вместо этого она легла рядом и положила голову на ноги Волка.
— Думаешь о том, что не смог защитить Наус?
— Все ты знаешь.
Вопрос был точно в цель. За несколько часов раздумий Ливий смог проститься с Махусом, вспомнить все хорошее и все плохое, но одно дело потерять друга, а другое — не защитить еще и близкого ему человека.
— Десять секунд. Мне не хватило десяти секунд, — сказал Ливий.
— Ты не спасешь всех. Это мир идущих.
— Ялум…
— Нет. Я не уйду. Вся моя жизнь — это сражения и подготовка к ним. Не лишай мою жизнь смысла, дорогой.
— Я знал, что ты это скажешь.
— А я знала, что ты знаешь.
Ялум замолчала. Прошло пять минут, и Ливий услышал тихое сопение. Лягушка уснула прямо на коленях, и это почему-то заставило Волка расслабиться.
«Я сожалею. Очень сожалею, Махус, Наус, Сванхат. Но это неуважительно по отношению к вам — взваливать все на себя. Я буду помнить о вас всегда. Весь мир услышит истории о великих героях Махусе, Наусе, Сванхате и Рори. Будьте уверены».
На утро Ливий вернулся к «Опаленным». Бросив взгляд на место сожжения, Волк сказал: «Сэкт», и трава затянула черные пятна от огня. Больше ничего не напоминало о вчерашних похоронах.
— Шодэс рассказал, что ты убил Демона. Поздравляю, — сказал Аррон.
— Спасибо, — кивнул Ливий и внимательно посмотрел на бывшего главу отряда «Совы».
Лечебные схемы смогли подлатать «Опаленных», но не вылечить их. Поэтому Ливий приступил к работе врача.
— Садись. Осмотрю тебя.
— Не стоит, — сказал Аррон, но все же сел.
— Помолчи, — ответил ему Волк, быстро восстанавливая тело товарища.
К Ливию подтягивались и другие «Опаленные» — все, кто нуждались в лечении. Вчерашний день остался в прошлом, и товарищи пытались вновь войти в колею суровой и насыщенной жизни идущих.
— Хорошие новости сейчас бы не помешали, — сказал Моро. — Ну, кроме убийства Демона.
— Я еще и Аквилу убил, — сказал Волк, шевеля пальцами над раной Тихого. Товарищ поморщился от невероятной боли, но Ливий знал, что Тихий сможет потерпеть.
— Ого, — удивился Моро.
— Верховных почти не осталось, — добавил Ливий. — Только Хаос и Гром. А, есть еще одна хорошая новость: мы вылечили Диаза.
— Да ну?
Моро удивился даже сильнее, чем от вестей о смерти Аквилы. «Опаленным» казалось, что Диаза уже невозможно исцелить, а Бирэнна хватается за несбыточные желания.