— Спасибо, глава.

— Да и теперь она мне не так уж нужна. Я вижу все то, из чего состоит этот фальшивый мир, каждую его часть, каждый «закон». Если я смогу завершить свой план, то владение мечом останется несущественной мелочью.

— Честный мир…

— Да, Гром. Честный мир близок, как никогда прежде.

Хаос закрыл глаза. Сотни переменных собрались в одну линию, и глава «Единства», кивнув, сказал:

— Гром, отправляйся к Аквиле. Чем больше они будут сосредоточены на севере, тем дольше я буду оставаться в тени.

— Понял, глава.

Гром исчез. Хаос немного постоял, ожидая, когда останется в полном одиночестве, а законы, которые принес с собой помощник, улетучатся из комнаты.

— Теперь я смогу делать это прямо, — с усмешкой сказал Хаос. Он думал, что Гранит сможет сбежать с поля боя, но смерть лучшего мага «Единства» была на руку Хаосу.

— Дамиран.

Над головой появились формулы — в сотни раз больше, чем до этого. Хаоса захлестнуло знаниями, но он лишь улыбался, глядя куда-то вперед сквозь стену.

— Альянс победил?

— Так и есть, — с улыбкой кивнула Лавиния. — Но бой был сложным, Альянс потерял многих бойцов.

Оказалось, что битва продлилась целый час — невероятно долгий срок для идущих. Пусть ряды «Единства» пошатнулись, одержимым бешами было плевать — они сражались, даже когда на поле боя не осталось ни одного живого идущего из «Единства». Кто-то выдавал себя за Хаоса — и погиб, едва не забрав с собой Золотого Льва. Альянс смог собрать многих сильных идущих, и это дало свои плоды — погибли все Верховные.

— Все? — удивленно переспросил Ливий.

Три Верховных из старого состава, три — из нового, набранного из Осецина. То, что погибли все они, как-то не верилось. Если Хаос был поддельным, то почему и Верховным не быть такими?

— Да, погибли Лень, Гранит и Кукловод. Я тоже удивлена. Но есть немало потерь, к счастью, из глав Великих Школ не погиб никто. Серьезно ранен Готт — он сражался с Ленью вместе с тремя сильнарцами. Один из них потерял руку.

— Кто?

— Аристид.

«Аристид? Удивительно. Никогда не видел его в бою, но в Сильнаре он был главой Отдела Клинка, а в Школе Окровавленного Феникса стал Вторым Фениксом. И даже так Аристид потерял руку, а Готта — серьезно ранили».

О Лени было мало информации, но никто не сомневался в том, что он один из сильнейших Верховных. В бою с Готтом и сильнарцами Лень доказал это.

«Но его все равно убили».

— Аристид был сильным, — заговорил Желтый Флаг. — Сильнее других глав Школ.

Признание бывшего Советника говорило о многом. Если Желтый Флаг, известный за свою скупость в общении, решился сделать комплимент Аристиду — значит, Второй Феникс заслуживал того.