— Дочка! — всхлипнула Надя и, обхватив плечи дочери, прижала к груди. — Прости, что так вышло. Я слишком завишу от твоего отца, чтобы противостоять ему. И не думала… не знала, что Саид такая сволочь.
— Мама, мамочка, я так тебя люблю! — Рада вцепилась будто клещами в спину матери. — Пусть будет все как год назад? Пусть будет страшным сном…
Надежда вздохнула печально и, отодвинув дочь от себя, произнесла:
— Не вернется, Рада. Ты знаешь сама. Поэтому прошу: не глупи. Иван, конечно, не нашей веры. Приезжий. Но он хороший парень. Я, думаю, вы притретесь.
— Он не любит меня, — шмыгнула носом и с грустью посмотрела в окно. — Я ему обуза. Навязанная жена. Просто он слишком благородный, поэтому и сказал отцу, что готов на мне жениться. Все село про нас говорит, а мы ведь только целовались дважды и все.
— Я верю. И отец верит. Этого достаточно.
— Спасибо, мам…
— Ну что, Ивана позвать?
— А вдруг он пришел сказать, что передумал? — насторожилась Рада.
— Боишься?
— Боюсь, — устало вздохнула.
— Поговори с ним и узнаешь.
Рада бегло посмотрела на свой внешний вид. Оправила складки на спортивной одежде и, сев на кровати скрестив ноги, стала ждать Ивана.
Егоза дважды постучал в дверь и нажал на ручку.
— Здравствуй, Рада. Почему ты меня избегаешь?
Рада отвернулась, изображая глухонемую.
— Понял. Ты все еще дуешься.
Он прикрыл дверь и прошел в спальню. Сел на стул и пристально посмотрел на гордый профиль девушки. Протянув руку, мазнул по ее носу, чем вызвал бурную реакцию девушки.
— Как ты смеешь меня упрекать в том, в чем виноват сам⁈ — взорвалась, стукнув Ивана по ладони. — И не смей меня трогать! Ясно?
— В смысле не сметь тебя трогать? — непонимающе уставился Иван. — Вообще? Или сегодня?
— Сегодня. И вообще…
— Э… ты передумала выходить за меня?
Рада возбуждённо сопела, глядя на Ивана исподлобья.
— Может ты решила вернуться к Аскерову? — приподнял брови. — А я как дурак повелся на твою игру.
Он искренне недоумевал. Неужели отказ остаться у него на ночь так задел девичью гордость? Было странно и непонятно. И что-то не сходилось в его голове. Не доставало детали в головоломке.
— Нет. Вчера наш брак официально расторгли. Теперь я бывшая в употреблении.
— Дурочка ты настоящая, — невольно улыбнулся Иван, радуясь внутри, что темная полоса для девушки закончилась, и он спокойно может на ней жениться. Оставался еще один щекотливый вопрос, и он его задал:
— Значит, ты не беременна от Саида?
— Что⁈ — уставилась на Ивана, слегка шокированная его вопросом. — Я не могу быть беременна! — учащенно задышала и, вскочив на ноги, заметалась по комнате.