— Ты слышала меня? Не притворяйся, Рада!
Она смотрела в эти чужие порочные глаза, глаза без дна, без души с одним расчетом, ей не ведомым, но с её прямым участием и хотелось отбросить мужчину от себя и со всей силы что есть внутри, бежать, бежать… Боль в плече отрезвила, заставляя искать способы избавления.
— А если я не девочка? — выплюнула фразу, пуская в ход последний туз, считывая, как при этом исказилось лицо Саида.
Саид моргнул, гадая, а не ослышался ли?
— Что ты сказала⁈ Шлюшничаешь, гадина? — отшатнулся Саид от Рады, как от больной лепрой. — Если окажешься не целая, я вытряхну твой позор твоему отцу на голову. И он ещё в большем долгу останется у нашей семьи.
Долгу? Что ещё за долг? — застучали слова молоточками в голове Радмилы. Она не слышала ни о каком долге.
Аскеров, видя её замешательство, добил, сказав насмешливо:
— Так ты не знаешь? — довольствуясь произведенным эффектом.
Приблизился и по слогам проговорил:
— Твой отец отказался от моей тетки, променяв ее на русскую девку. Твою мать! — выплюнул с ненавистью. И, видя ошеломление в лице Рады, насмешливо добавил: — Ба, а ведь точно не притворяешься — не в курсе, — продолжая разъедать душу правдой.
— Нет! Нет…
— Да! Она, опозоренная, пыталась покончить с собой после того, как он с ней спал, но не женился. Потому что твоя мать ему разум снесла, — почти сплюнул последнюю фразу, кривясь. — Это он виноват, что ее отдали насильно за старика второй женой. Да кто бы взял порченную невесту⁈
— Не правда! Они мирно расстались, — слабо выкрикнула, не веря в его слова.
Но чувствовала, что Аскеров сказал правду. Ту реальность, о которой Рада не знала и за которую должна была расплачиваться почему-то она.
— Почему ты обещана мне? Так решил дед, простив поступок Валиева и взяв обещание, что тот отдаст дочь в нашу семью взамен себя.
— Нет! Не может быть, ты врешь!
Весь ужас сказанного начал доходить до Рады.
Не известно, чтобы произошло дальше, но спас её чужой голос, что прозвучал неподалеку и радость вмиг затопила всё её существо, позволяя глубоко принять воздух в легкие.
— Отойди от неё, — сурово приказал неожиданно появившийся Иван, остановившись в проеме беседки. — Кто бы ты не был, ты делаешь девушке больно.
Саид оскалился и, повернувшись к Ивану, окинул его небрежным, раздраженным взглядом.
— Ты кто такой, чтобы что-то от меня требовать⁈
— Прежде всего мужчина. И ради справедливости, вижу, что девушка против, чтобы ты её удерживал насильно.
Соперники Глава 11
Иван приехал к Валиеву обсудить обработку земли пестицидами. По привычке открыл калитку, войдя в доверие к арендодателю. Едва ступил на тротуар, как услышал голоса со стороны беседки на повышенных тонах. Голос Рады он узнал сразу. И мужской: грубый, собственнический, незнакомый.