Егоза тяжело вздохнул, печально глядя на рассерженную его отповедью девушку. Все-таки он грубиян. Испортил ей настроение. Обидел. Ранил.
— Рада, — приблизился к ней и, схватив ее за руку, виновато посмотрел в покрасневшие медовые глаза. — Прости меня. Я не имел права тебя осуждать. Я просто растерян. Ты мне нравишься, очень нравишься.
— Правда? — надрывно, шепотом произнесла Рада, затрепетав бархатными ресницами.
— Я искренен. Но всё так быстро происходит и твой отец… — Иван поморщился. — Твой отец был недоволен на празднике, когда мы вернулись вместе. Он догадывается, что между нами что-то происходит.
— Мне все равно, Ваня, — облегчённо вздохнула Рада и доверчиво припала к его груди. — Мне никто другой не нужен. Я тебя всю жизнь ждала. Понимаешь?
Взгляд её мечтательный, влюбленный проникал в самую душу, цеплялся коготками за перикард, выворачивал, делая Ивана зависимым от её признания, уязвимым.
— Я не хочу подрывать к себе доверие твоего отца. Я должен спросить, как он относится к тому, что я буду ухаживать за тобой, зная ваши традиции… Ведь я другой веры, национальности… — Иван тихонько поглаживал Раду по ребрам, напряженно глядя в её сосредоточенное лицо. — Никак не ожидал, что влюблюсь в горянку, — грустно улыбнулся, по-прежнему не выпуская талию девушки из рук.
Рада тоже улыбалась, счастливая от того, что Иван признался ей в чувствах. Значит она не обманулась, почувствовав в нём свою половинку, родственную душу. А с отцом и женихом она сама разберется. Иван не должен знать об аварце, которому она якобы обещана. Надеялась, что Саид передумает и откажется от брака с ней. Ведь они даже не симпатизируют друг другу. А семьи их едва ли не враждуют.
— Наказание ты моё, а не радость, — по-доброму улыбнулся Иван и выпустил Раду из объятий. — А теперь уезжай, пока на нас никто из селян не наткнулся. Тебе сплетни ни к чему.
— А поцелуй? — Рада посмотрела с надеждой, вытягивая губы трубочкой. — На прощание, Ваня?
Иван неожиданно рассмеялся.
Ну как устоять перед этой игривой и соблазнительной плутовкой?
— Хорошо, — и, подтянув к себе Раду за талию, смачно чмокнул в нос.
— У-м! Не сюда! — возмущенно засопела Рада. — Настоящий. В губы!
— Рада, ты думаешь, о чём просишь⁈ Я вообще-то мужчина, а не евнух, — насупился Иван, учащенно дыша.
Но Рада была неумолима. Казалось, нарочно испытывала выдержку Егозы. Обвив мужскую шею ладонями, буквально повисла на нём, проникновенно глядя в глаза.
И Иван, простонав, сдался.
С рыком обхватив ее стан, накрыл манящие губы ртом, теряя на краткий момент рассудок. Будь что будет! Если их застукает кто-то или сам Валиев, так и быть возьмет ответственность на себя. А если потребует жениться — женится.