— Отняли коньки у чемпионки! Это бесчеловечно!..

* * *

Двое гостей остановились у борта и стали разглядывать фигуристов. Не увидев ту, кого хотели, пошли к тренеру. Ольга Валентиновна уже их заметила и конечно же узнала. Эту парочку знала практически вся страна. По крайней мере — немалая ее часть. Лещенко заговорил первым:

— Здравствуйте. Мы к вам по делу.

Тренер настороженно смотрела на непрошенных гостей. — Вечер добрый. Слушаю вас.

— Мы хотим сделать предложение. Очень интересное. Вам лично и Фоминой. Кстати, где она?

— Она тренируется в отдельной группе. Тренировки закрытые.

Раевская деланно изумилась. — Никого не пускают?

— Никого.

Супруги переглянулись. — А когда она выйдет на лед?

— Через час эта группа закончит. Выйдет другая. Там всего три девушки.

— Понятно. Высшая лига?

— Угу, она самая. Вы уж извините, но та тренировка — закрытая. Так что вы хотели?

Лещенко собрался что-то молвить, но Анна предупреждающе подняла ладонь. — Я буду говорить.

— Вы конечно слышали о нашей академии? — Да, конечно.

— Мы предлагаем вам лично и Фоминой переехать в Питер. Вы получите должность главного тренера. После Алексея конечно. Насчет работы — никаких проблем. Все что пожелаете. В плане оплаты — просто назовите цифру. Для Фоминой будут созданы все условия.

Раевская улыбнулась. — Как для принцессы. Отдельный лед, удобное время и целый тренерский штаб. Разумеется под вашим личным руководством. Как вам такое предложение?

— Хм…

Ольга Валентиновна призадумалась. Конечно, это очень заманчиво звучит. Но… она отлично знала, какие слухи ходят об этой парочке. В том плане, что в оной Академии за копейку удавятся. И ничего никогда не делают просто так. Любое денежное вливание в спортсмена считается инвестицией, которая обязательно должна окупиться, с огромными процентами.

По идее, надо бы их послать подальше, как она уже делала не раз. Подобные предложения поступали не впервые. Но что скажет сама Наташа? Это ведь ее в первую очередь касается. Она может на все это клюнуть. Вот возьмет и уедет… И останется тренер на бобах. Она неопределенно пожала плечами.

— Все это интересно. Но я не могу ничего сказать сейчас. В любом случае, надо говорить с Фоминой.

— Именно это мы и хотим сделать. Если вы позволите.

Тренер мысленно ругнулась. — Фиг бы я вам чего позволила. Но вы же все равно на нее выйдете…

— Да, хорошо. Но разумеется, в моем присутствии. Ей еще нет восемнадцати так-то.

Лещенко и Раевская снова переглянулись. Анна чуть заметно повела бровью. Это означало примерно следующее: «Пусть пока так…» Потом мило улыбнулась тренеру: