— Ой, кажется я снова одна.

Тоже сняла шлем и положила на стол. Потом чуть нахмурила брови, прислушиваясь к внутренним ощущениям.

— И спяшки тоже нет. Я ведь ее ощущала.

Алатэ кивнул. — Да. Ее сознание тоже переместилось, ведь оно — часть сознания моей сестры.

Наташа вздохнула. — Жалко ее.

Эллес вмешалась: — Думаешь, мне не жалко? Надо с этим что-то решать. Это не может длиться бесконечно. Надо вернуть дочь родителям.

Наташа немного растерянно смотрела на девушку, которую она до сих пор знала как Лену.

— Это… ты?

— Да. Теперь я такая. Но ненадолго. Лишать брата невесты я не собираюсь.

Алатэ усмехнулся. — Вы обе мне дороги. И я постараюсь решить все проблемы.

Затем забрал оба шлема и понес их в шкаф.

* * *

В просторной четырехместной палате находилось четверо женщин разного возраста. Одна совсем молодая — девушка 18-ти лет, две дамы среднего возраста и совсем пожилая — бабуля. Старушка спала, она находилась на подготовке, а остальные уже отлеживались после операций. Девушка слушала музыку в наушниках, женщины смотрели сериал на портативном телевизоре.

Дверь открылась и в помещение зашли двое врачей в сопровождении медсестры. Молодой парень — Глухов. И такая же молодая девушка — Маричева. Каждый из них вел двоих пациентов в этой палате. Врачи присели у кроватей и стали задавать рутинные вопросы. Никаких проблем здесь не предвиделось.

Эллес в облике Лены спокойно занималась своим делом. Уже третий день. Еще когда они с Леной дожидались возвращения Алатэ — договорились о том, что Эллес пойдет-таки на работу.

Можно конечно позвонить заведующей и сослаться на плохое самочувствие. Но это будет выглядеть сомнительно. Ирина Сергеевна решит, что Лена просто хочет побыть рядом с женихом. И вообще, один врач уже на больничном, и если еще и второй «откинется», кто работать-то будет? В общем, получится некрасиво.

Для Эллес это не стало проблемой. Она просканировала сознание добровольной пленницы и теперь знала и умела все, что знала-умела Лена. А для полного спокойствия еще и хирургическую энциклопедию освоила. Как это сделал когда-то ее брат. Так что насчет профпригодности не переживала.

Единственная проблемка — все обратили внимания на то, что Маричева стала… другой. Молчаливая, неэмоциональная… индифферентная какая-то. Заведующая даже имела с ней по этому поводу приватную беседу.

— Лена. Что с тобой случилось? Можешь объяснить?

— Все в порядке. Просто я переживаю из-за ранения Андрея. У меня был стресс. Через пару дней все пройдет.

— Надеюсь что так. Ты мне сейчас одну девушку напоминаешь. Она точно так же разговаривала. Один в один.