— Зато убил быстро, — с усмешкой напомнил Георгий.

— Времени не было, — пожал я плечами, насколько позволяли путы. — Та девочка, над которой он работал, совсем плохая оказалась. Не останься я рядом, до «скорой» она бы не дотянула: слишком большая кровопотеря.

— Знаю. Это и была его дочь. У неё произошёл конфликт с мачехой, она сбежала из дома. Там её Кукловод и нашёл. У Рассохина и с первой женой разница была в пятнадцать лет, а со второй так вообще больше двадцати. Сам понимаешь, мать из неё оказалась ещё та…

— Надеюсь, мужик сделал оргвыводы. Но всё равно не представляю, как ему это всё удалось провернуть. Мог бы просто цветы на мою могилку принести.

— Однополчанин Рассохина руководил экспериментальной военной программой по криозаморозке. Тебя туда и оформили по ложным документам.

— А что с ним сейчас?

— Он умер спустя десять лет после инцидента, в две тысячи семнадцатом. Официально — от сердечного приступа. А неофициально… Впрочем, сейчас это уже не важно.

— Так. — Я глубоко вздохнул, готовясь задать главный вопрос. — А сейчас-то какой год на дворе? Мы вообще на Земле или уже где-то на Альфе Центавра?

— На Земле. — Георгий как-то горько улыбнулся. — Со дня твоей официальной смерти прошло двадцать четыре года.

— Фу-у-уф, ну, спасибо, не трехтысячный от Рождества Христова! Мне всего-то пятьдесят шесть стукнуло. Бы.

— Биологически тебе по-прежнему тридцать два. Плюс-минус сколько-то — не имеет значения. Мы сейчас не об этом. Дело в том, что в последние годы расходы на твоё содержание взяла наша организация…

— Не благотворительная? — с усмешкой уточнил я.

— Нет.

— Значит, раз вы меня разморозили и заштопали, вам что-то от меня надо. Но сразу скажу: я не наёмный убийца, да и жить мне, откровенно говоря, поднадоело.

— Да, в психопортрете это было, — кивнул Георгий. — Но наши аналитики всё равно решили задействовать все существующие активы. И… нет, нам не нужен морально устаревший киллер. Нам нужен агент. Мыслящий нестандартно, с высоким показателем интеллекта, а главное — не засвеченный в прошлых операциях.

— Правительственный шпионаж?

— Скорее — промышленный. — Георгий сделал небольшую паузу. — Наша организация отвечала за безопасность игроков определённого клана. За последнее время на четверых из них было совершено нападение. Везде — с летальным исходом. Наша профессиональная репутация оказалась под большим вопросом. Главный подозреваемый — конкурирующий клан, но доказательств нет, а заслать туда своего человека сейчас довольно проблематично.

— Прости, может, я плохо расслышал. Кого-кого вы там охраняли?