Я отписался о своих наблюдениях ван Харту, и он пообещал лично явиться для расследования в течение нескольких минут. Но добраться до нас детективу было уже не суждено.

Очередной ганг принёс неприятности посерьёзней пожара: несколько учёных-ренегатов упустили свежевыращенного монстра, который устроил по всему Исследовательскому отделу настоящую резню. И если кто этому происшествию удивился, то уж точно не я.

Как обычно бывает с неопытными диверсантами, игроки явно переборщили и стали первыми жертвами собственной же подлянки. Хотя всегда был шанс, что некоторым из них удастся под шумок улизнуть и на некоторое время затаиться. Поэтому безопасники в полном составе рванули к своим коллегам, прихватив оставшихся в строю киборгов. Следовать их героическому примеру я не собирался, тем более что здесь ещё осталось несколько нерешённых вопросов.

Например, кто автор поджога и как Ксения умудрилась всего за полчаса ополчить против себя всех без исключения инженеров. В отсеке, с которого мы начали тушить пожар, столпились разгневанные игроки с подручными инструментами в руках, обступив невезучую девушку и грозя ей физической расправой.

— Так, что за самоуправство?

Я скинул опустевший ранец и проверил, легко ли выходит топор из чехла на ремне. Пыл технарей сразу же поутих. После непродолжительных переглядываний друг с другом от их группы вышел вперёд уже знакомый мне гуманоид расы Ра , который в этот раз отыгрывал оператора энергосистем.

Он не стал мне припоминать прошлое, да и на станции это было явным моветоном — тут все минимум пару раз друг друга убивали. Вместо этого он ткнул в Ксению когтем и обвиняюще проскрипел:

— Она устраивала пожар!

— Брехня! — мотнул я головой. — Когда тут всё вспыхнуло, она вообще в допросной сидела.

— Она сожгла Рамиля.

— Это ещё кто?

Ящер показал на кучу горелого тряпья и костей, в которой трудно было узнать гуманоида. Помнится, когда мы отсюда уходили, здесь ничего такого не валялось. Странно, ведь пламя в этом отсеке было нейтрализовано практически полностью, а пострадавший выглядел так, будто его хорошенько облили бензином. Я даже не мог сказать с уверенностью, к какой он расе принадлежал.

— Что произошло?

— Она… — начал было скрипеть рептиолид на два голоса, но я его тут же прервал.

— Не вы. Ксения?

— Он к-ко мне п-приставал, — нехотя ответила девушка. — Н-ну, я его из б-баллона разок… А он в-вдруг в-вспыхнул.

Её заикание было явно не последствием стресса, а скорее речевым дефектом. Мне уже попадались его счастливые обладатели — при попытке быстро изложить свою мысль они постоянно запинались, отчего смущались ещё больше. И так по нарастающей.