— Какого чёрта? — нахмурился я, продолжая наблюдать за неприглядными метаморфозами трупа.

— Какой-то вирус, я полагаю… — задумчиво отозвался ящер, копаясь в своей сумке.

Раздувшееся тело гуманоида достигло, наконец, критической отметки и взорвалось сизыми ошметками, изрядно испачкав обзорное окошко. Мне резко расхотелось выходить наружу.

— Это и есть ганг, — ворчливо пояснил вежливый ящер. — Каждые двадцать минут здесь происходит какой-то навоз: система климат-контроля взорвётся, возникнет пожар, паразиты выйдут из канализации… Миллион вариантов. Все начинается почти безвредно, но чем ближе к концу раунда, тем хуже последствия. Теперь, по-видимому, из Исследовательского отдела нас решили удивить.

Свежесть, царившая в отсеке, бодрила не хуже крепкого кофе, и я без проблем вычленил из полученной информации самый важный пункт.

— Что за раунд?

— Время, которое нам нужно продержаться, сохраняя работоспособность станции, — продолжил объяснять старожил. — Обычно около шести-семи часов, когда — больше, когда — меньше. Вам дали профессию в начале? Вот им вы и будете весь раунд. Ролевая игра здесь очень серьезная, поскольку непослушание наказывается местной системой личными очками лояльности. Кратко их зовут «поль». Вы видите цифры? Здесь они — единственная валюта, никаких кредитов и других счетов нет. Все действия только через них: еда, выпивка, инструменты. Даже открыть некоторые двери.

— С очками понятно, но я не собираюсь здесь долго задерживаться.

Ящер, вроде как, ехидно оскалился, обнажив немаленькие клыки.

— Отсюда вы можете улететь только в конце раунда. Если хватит «поль», конечно.

Вот какой-то такой подлянки я подсознательно и ожидал. Да уж, застрял так застрял… Что же это за место такое, из которого не выбраться по собственной воле? На тюрьму мало похоже, но и до мирной «Глории-14» ему далеко. На других станциях мне не удалось побывать, но вряд ли там что-то кардинально меняется, кроме порядкового номера. Кстати, ящер обмолвился, что с таким номером станций больше нет. Получается, и «Глории-13» не существует?

Я снова скользнул взглядом по забрызганному окошку и внезапно понял, что меня смущало в трупе ренегата: слишком уж он походил на натуральный, да и крови больше, чем обычно. Обычно покойники в игре выглядят более… пристойно, что ли? А тут всё, как в заправском космическом фильме ужасов.

— Смотрите.

Ящер перестал копаться в сумке и выудил оттуда широкий обруч — на вид, вроде, медный, похожий на те, которые использовали мои одноклассницы на уроках вышивания. Интересно, чем сейчас дети в школе на уроках труда занимаются — так же собирают табуретки и плетут бисером? Ой, вряд ли…