Он деловито склонился в реверансе, как делают придворные дамы и вместо того, чтобы пожать ладонь, схватился за неё и коснулся моих пальцев сухими обветренными губами, изобразив поцелуй.
— Пожалуйста, переживи эту битву, светломирец. Я не хочу снова договариваться о своих правах больше никем!
— Ты дал слово легляндца! — в тон безумцу напомнил ему я.
— Не знаю о чём ты, но сохрани это настроение, чтобы мы смогли поболтать об этом после. — на этих словах из под земли прямо под Язом поднялась открытая пасть и поглотив геомага, ушла обратно под землю.
Уходящее за белоснежный горизонт солнце всё еще наполняло Тёмный мир своим сиянием, растекаясь золотым яичным желтком по округе, встречаясь с голубоватыми тенями холмов давая кроваво красный свет.
Поднятая мёртвечина армии Джастиро шла наперерез стремительной фиолетовой линии, таща за собой ядовитый зелёный туман, ядовитый для любого смертного, но не для скользящего через руны Мильдонало. Шестеро обнажённых личей парили над ковыляющим вперёд войском, координируя нежить. Не было традиционных, безвольно тянущихся рук, все руки были отрублены и разбросаны живыми ловушками еще на подходе к Лозингару, вместо этого криво обломанные кости предплечий превратились в парные костяные клинки. Сам же Ларри предусмотрительно находился сзади полчища, сидя в крепком костяном пауке, взирая на армию глазами мёртвых парящих магов.
— Меньше минуты до столкновения! — предупредил он в ментальный канал группы культиваторов.
Ящер и Райс, Буря и Блик ждали именно этого сигнала, но по плану четверых нужно было сначала связать деструктора боем с неуспокоенным воинством.
Пальцы Милдонадо разматывали чёрную цепь, он прекрасно видел, что бежит на пятитысячную некротическую орду, руны сияли вокруг него словно они соприкоснулись с магией, это личи выбрали его своей единственной целью. Деструктор прыгнул веред закрутившись вокруг своей оси и конец цепи крутанулся тоже, удлиняясь цепь описывала широкий радиус, в одном из своих оборотов впившись в гниющую толпу. Рунный метел не встретил никакого сопротивления, ломая кости нежити словно, то были тоньше спичек, словно ребёнок взявший в руки палку косит кусты крапивы деструктор одним ударом располовинил спешащих к нему надвое.
Хруст не сопровождался криком, он гулко пронёсся по округе, останки мертвых взлетали вверх, подрубленные неведомым оружием, находя свой окончательный покой. Милдонадо оказался в самом центре, это личи замыкали окружение, безэмоционально тыча в него с небес гнилыми пальцами. Цепь взвилась над головой светломирца и второй удар пришёлся по окружавшим. И вновь колоссальный хрустящий звук поразил округу. Армада таяла на глазах будто всё было зря и Ларри напрасно трудился над совей нежитью столько времени.