— Ты заполнил свои серебряные артефакты! — утвердительно изрёк Зэр, и в этом можно было даже угадать похвалу.
— Райс они уже близко! Надо бежать! — качала меня за плечи юная воровка.
— Нет. — выдохнул я.
— Они же нас сожрут! — проскулила девочка смотря на меня как на безумца.
— Я вызываю испытание на право ношения золотого артефакта! — сказал я, глядя в её заплаканные глаза.
В этот самый миг, первые обмороженные головы с горящими красным глазами показались из-за краёв древней арены.
— А-а-а их слишком много! — закричала Филиция и исчезла прыгнув в тени.
— Зачем ты кричишь на тех, кто принес мне одежду? — спросил я, подскочив к первому вылезшему из-за кромки древней платформы мёртвому культиватору.
Вместо ответа из темноты выпорхнул серебряный зверь, жужелица может и не собиралась воевать по своей воле, но несмотря на свою миниатюрность вполне могла оказаться целью для зомби, а значит, непременно победить в поединке один на один и отвлечь на себя пару лишних рук и пастей.
Пинок прямо в подбородок, раздробил нижнюю челюсть подступающему андэду, однако бронзовый культиватор лишь пошатнулся оставаясь на ногах. И я крутанулся вытянув вперёд руку, в мире теней она светилась серебряным браслетом артефакта. Шейные позвонки зомби оказались крепче чем я ожидал, а моя ладонь словно бы встретилась с камнем, но даже камень дробится под ударом призвавшего испытание на право обладания золотым артефактом.
— Сфера усилила их! Ты погубил себя своим вызовом! — прорычал Зэр.
— Мои руки моё оружие воина и мага, я либо сойду с этой скалы золотым культиватором либо сдохну тут. — ответил ему я и ударил правой рукой по подступающей ко мне бестии.
Алмазная кожа и аура паладина укрыла меня, позволяя двигаться быстрее несмотря на плотность атакующих. Они лезли наверх хватая меня за обрывки одежды обрывая последние лоскутки ткани, скрежеща когтями о твёрдую кожу. Я бил не переставая, посылая в разные стороны руки и ноги. А уже после нескольких ударов я понял с какой силой надо бить, чтобы с одной стороны упокаивать с одного удара, а с другой, бить достаточно долго, чтобы хватило на четыреста результативных попаданий.
Мужчины и женщины рвались на мою арену, чтобы успокоиться тут навсегда и если трупы мужчин я оставлял на вершине, чтобы когда всё закончится выбрать для обнаженного себя новую одежду. То обладательниц платьев я поначалу сбрасывал со скалы, но вскоре вокруг меня не осталось места. Обезглавленные существа некогда бывшие людьми стали ложится мной по кругу арены, пока тела не образовали стену из самих себя.