Сколько я уничтожил я не считал, я всё бил, бил и бил. В какой-то момент из теней выскочил Блик и запустив несколько огненных шаров, которые оказались не столь результативны как удары, поджег мою стену из тел поверху и снова поменялся с Филицией исчезнув из видимости.
Обливаясь потом я не чувствовал времени, но ночная тьма вдруг сменилась белым светом заливающим горы, а солнце медленно показалось из-за соседних горных пиков. Артефакты убитых таяли растворяясь словно бы впитывались в серебряную сферу, когда последний мертвый поднялся в арену и нелепо шагнул в мою сторону, однако серебряная жужелица прыгнув ему на грудь впилась в тело андэда, полностью исчезнув в тканях. Андэд дрогнул, а жук выпрыгнув с другой стороны угодил в ладони Филиции. Девочка спрятала его в сумку опасливо оглядываясь.
— Райс ты совсем голый! — возмутилась девочка и покраснев отдала тело некроманту.
— Это невероятно! — промолвил Ларри оглядываясь на горы умерщвлённой мертвечины.
— Ничего невероятного, просто наш Райс становится воином лишь тогда, когда его загоняют в угол, или на вершину скалы. — с этими словами довольный собой появился и Зэр, его тень медленно шла вдоль забора из трупов.
Конечно же множество просто рухнуло со скал, но всё равно павших было столь много, что при желание можно было сложить из их одеревенелых тел, настоящий дом.
— А вот и сложи, только из бывших культиваторов! — приказал мне Император услышав мои мысли.
Приказ застал меня сидевшим облокотившись на одну из сторон, ту что была напротив восходившего белого от мороза солнца. И, не став спрашивать «Зачем», а просто встал на трясущихся ногах, принявшись выкладывать из тел что-то наподобие круглого жилища холландских народов, за тем лишь исключением, что они делали это изо льда.
— Это какое-то трупонадругательство! — показался на арене зевая Блик, за время битвы он успевал пару раз отрубиться и передав управление Филиции выспаться внутри их общего тела.
— Дынепиха не спросили! — хмуро и горделиво осадил его Зэр оценивая на мою работу.
— Одеться-то можно? — в какой-то момент спросил я учителя. Мне не было холодно, хотя я и находился тут на вершине Трестского хребта совершенно обнаженным, на руках и ногах виднелись укусы, синяки и царапины. Коллективный отряд зомби за дорого продал свою жизнь и не будь я светляком, давно бы вступил в ряды блуждающего мёртвого полчища, как зараженный.
— Решается судьба Тёмного мира, а тебя волнуют портки? — глубокомысленно произнес Зэр.
— Я голый и безоружный на вершине самой северной из гор материка, о каком решение судьбы мира ты говоришь?