— Не все, конечно. Но допросить чистильщика, подчинив разум, нельзя, поединок тоже ничего не решит, а на дыбу и под кнут я не дамся.

— А ты действительно метишь на его место?

Альмод фыркнул:

— Да упаси Творец! Мне вас троих за глаза хватает, а сотня, да пророки, да слуги… Но скажут именно так, потому что я хожу дольше всех и, значит, следующий Первый. Так что пусть живет долго и в здравом уме. А ты иди отсюда и забудь все, что видел. Приказ.

Эрик рискнул бы, чтобы посмотреть. Целителем ему не быть, да и не больно-то и хотелось, но такие вещи всегда пригодятся. И вообще… Очень хотелось повторить все то, что сказала давеча Ингрид. Теперь-то он ее понял. Медленно, чтобы не шарахнуть со всей дури, он прикрыл за собой дверь.

Пожалуй, обратно, на площадку. Надо ж сорвать на ком-то злость.

Кнуд действительно оказался хорош с мечом. Настолько хорош, что «убил» Эрика не меньше дюжины раз за четверть часа.

— Утром ты не был таким рассеянным, — заметил Ульвар. — Что-то случилось?

Эрик мотнул головой:

— Ничего сверхъестественного.

Действительно, ничего, что выходило бы за рамки нормальной природы вещей.

— Посвящение сегодня? — продолжал Ульвар. — Из-за него волнуешься?

— Не знаю.

— В смысле? Тебе не сообщили?

— Меня отослали. Альмод остался, у него было срочное дело к Первому.

Врал он всегда плохо. Но как бы побыстрее узнать, чем все же дело кончилось?

— Это на него похоже, — согласился Ульвар. — Но не беспокойся: все, что будет тебя касаться, Заговоренный передаст. Ничего важного не пропустишь.

Эрик снова помотал головой. Что сказать, чтобы от него отстали? Правду, наверное. Только не ту, что важна на самом деле.

— Просто я только сейчас, поговорив с Первым, по-настоящему понял, что назад пути нет. И это…

— Пугает?

Эрик молча кивнул.

— Обычно об этом задумываются после посвящения, — произнес Ульвар.

— Смысл думать после? — пожал плечами Эрик. — Думать нужно, пока еще можно что-то изменить.

— Изменить уже ничего нельзя. И, если ты надумал бежать, пока не поздно, — не советую.

— А то что?

— На первый раз — порка и карцер. На второй — виселица. Поэтому не стоит.

Эрик усмехнулся:

— Я не дурак. Если бы и подумывал сбежать, точно не стал бы расспрашивать вслух.

— Да, ты не дурак, — подтвердил Ульвар. — Но я должен был предупредить. А вообще, станет совсем плохо — найди меня, если буду в ставке. Твоему командиру в плечо не поплачешься, а мне — можно. Ну, или сходи к матери Хельге в часовню, собственно, для того она и здесь.

Эрик опять кивнул:

— Спасибо, я запомню.

Ульвар пристально посмотрел на него, явно собираясь сказать что-то еще, но тут раздался гонг — похоже, усиленный плетением. Даже здесь было громко, а уж в здании наверняка каждая стенка сотрясалась.