Хмарь о чем-то попросила Софью и через мгновение у нашего андроида на голове зажглась подсветка с двух сторон. Теперь у нас был собственный фонарь и можно было поразглядывать окрестности.
Но разглядывать было нечего. Вся конструкция, с которой мы работали погасла. Видимо, решение, которое сваял Мавр, проявило повышенную агрессивность. Надеюсь, мы не оставили весь корпус без света и тепла.
Наконец, Слон добился восстановления подсветки зала, но саму конструкцию вызывать к жизни не стал.
— Слушай, ты меня прости, мне надо было сразу сообразить, — обратился он к Мавру. — Такие штуки не запускаются в безоболочном режиме, это не спирали ваши, ровненькие, кругленькие. А, самое главное, у твоей идеи все равно те же проблемы, что и у предыдущей. Плюс новые.
— Мы тут всё сломали? — осторожно спросила Хмарь.
— Да нет, всё в порядке, штатная ситуация. Для того и зал с испытаниями придуман. Мы потеряли только вашу разработку, но записи сохранены, и у вас они тоже должны быть. В прошлый раз вы всё писали.
— Да, всё есть, — сообщила Софья.
— Расходимся? — уточнил я.
— Пока да. Давайте следующую встречу послезавтра. И нам надо подумать, и вам, наверное, тоже.
Мавр еще повозмущался для виду, но и у него не было прежнего задора.
Печальные, мы выкатились из инженерного корпуса. В голове у меня было по-прежнему пусто. И на ужин опоздали.
— Ну что будем делать? — нервно спросил Мавр.
— Пойдем надыбаем еду, — решительно предложил я. — Лапшу не предлагать.
— Как насчет риса? — спросил Оба. — Риц, я знаю, у вас есть, Баклан утром хвастался целым мешком. Ваш рис, моя рисоварка.
— И всё? — возмутился Мавр.
— Еще можем банку с мясом открыть. Или с рыбой. Если найдем, — пожал плечами Оба. — Но ее придется выменять на что-нибудь у Питона, свои я сожрал.
С ужином все сложилось гораздо лучше, чем с испытаниями. Наш рис нашелся на кухне — с грозной надписью «Собственность комнаты 104». Мы заложили его в рисоварку, и она принялась сердито дышать рисовым паром.
Мясо нашлось не у Питона, а у Килика, и у нас собрался вполне приличный ужин.
— А круто, что у тебя такая большая рисоварка, — заметила Хмарь. — Нам всем хватило.
— Ха! — усмехнулся Оба. — Единственный полезный совет моих родственников. Купи, сказали, рисоварку на шесть порций, будешь местных кормить. Может, друзей заведешь.
— На шесть? — удивился Мавр. — А как будто на четыре!
Посмеялись. И уговорили все шесть порций.
Народ уже пил чай и просто болтал, а я все копался в тарелке, пытаясь понять, где мы сделали ошибку.
От снега под ярким апрельским солнцем не осталось и следа. Роботы-уборщики, которым мы целую неделю меняли аккумуляторы, вышли на охоту за пылью. Я с гордостью взирал на поголовье механических дворников, ползущее сейчас по дорожкам. Своими, можно сказать, руками выпустил их в жизнь. Хоть какую-то пользу принес.