— Василий! Что это? — спросил я, чувствуя себя полным идиотом.
— Не читается? — забеспокоился Василий. — Я выведу на панель.
Он включил настенную панель и вывел конспект на экран.
— Ух ты! — воскликнул Баклан. — Да это же… я не знаю что!
— Матрица возможностей? Египетский шифр? Вороньи следы? Василий, я восхищен объемом работы, но что это?
На панели висела огромная таблица. Если на планшете открылись только шесть колонок, и даже они выглядели впечатляюще, то на панели таблица просто подавляла. И при этом все равно не влезала целиком.
В графах стояли пометки «плюс» и «минус», нолики, галочки и проценты. Знакомые слова мелькали между пятой и восьмой колонкой: тип защиты, коммерческое использование, доказанная оригинальность, межтерриториальные различия, отсутствие права владения, право на дистрибуцию…
Но все вместе не имело никакого смысла. Колонки уходили за край кадра, а строки простирались в бесконечность.
Мы с Бакланом насладились зрелищем и повернулись к Василию. Тот стоял с расстроенным видом.
— Что, непонятно? Мне и Серафим тогда… Что я перемудрил. Но здесь весь курс. Я и рассказать могу в принципе…
— В принципе рассказать — это хорошо, — мягко сказал Баклан. — Но тут сколько? Ундециллион страниц? Хотелось бы понять объем зашифрованных знаний. Мы глупые, мы столько не осилим. Вот, скажи, пожалуйста, что написано в первой строке?
— Страниц всего семьдесят, никакой не ундециллион, столько бы я не смог написать, — проворчал Василий. — А расшифровывается элементарно. Первые десять страниц посвящены Западу, а в первой строке указано, что есть законы, согласно которым нельзя начинать расследования по поводу нарушений, пока не возникло реальных подозрений. Правда, это не распространяется на деятельность Севера, Востока и Юга, поскольку они находятся под подозрением автоматически.
— Ахаха, — развеселился Баклан и развалился на коврике у кровати. — Что за законы-то?
— Которые защищают неприкосновенность частной жизни. Вот же галочка в третьей колонке. Чего смешного-то?
— Ну как ты из этих закорюк это восстановил?
— Да всё просто! Тут система!
Василий принялся объяснять, но минут через пять мы с Бакланом погибли в его логике, и я замахал руками.
— Всё, всё, прекрати, мы не сможем этого запомнить. А ты еще говорил про интеллект-карты?
— Да, — грустно подтвердил Василий. — Но вы скажете, что и они слишком путанные.
— Показывай, — решительно потребовал я.
С Василием ни в чем нельзя было быть уверенным. Очень уж своеобразный человек.
Интеллект-карты оказались значительно лучше. Каждая страница напоминала раздавленного осьминога, и там довольно внятно были обозначены заскоки каждого региона. А зеленым цветом были обведены совпадающие части. Но по объему карты были существенно меньше таблицы, что как бы намекало.