— Согласен! — обрадовался я.

Это уже было похоже на промышленный шпионаж и реальные разработки в одном флаконе.

Следующие сорок минут мы уговаривали Лодкина дать нам доступ к комнате Красина, но он стоял насмерть. Нельзя, не положено, мы не системщики, а какие-то расхитители гробниц. Потом мне это надоело, и я предложил пойти к Помору и получить разрешение у него. Если Лодкин такой трусливый.

Лодкин оскорбился, заявил, что он никакой не трусливый, и к Помору он с такой ерундой не пойдет. Я уже хотел волочь Лодкина к Помору за ногу, потому что возможность поглядеть Красину через плечо сэкономила бы нам тонну времени. Но тут Помор явился сам.

— Чего орете? А, Гелиева банда! Что опять? Лодкин, это ты их позвал? Нет?

С пятого на десятое мы изложили свое дело. Помор хитро ухмыльнулся.

— Дело ваше весьма простое. Если Красин выставил на комнате флажок секретности, то заглянуть не получится. У преподавателей бывают закрытые коммерческие проекты и тогда, чтобы туда влезть, нужна или виза нашего СБ, или Минсвязности. Например, когда вы с ними, — и Помор кивнул на Лодкина, — обкатывали внутренний фильтр, стоял именно такой флажок. И только у меня как у руководителя было право смотреть, что вы там делаете. Хотя глаза б мои не смотрели на то, что вы там творили.

— А еще какие бывают флажки? — заинтересовался я.

— Еще бывают учебные, — охотно пояснил Помор. — Когда преподаватель готовит программу. Тогда я могу посмотреть, а вы нет. Может, он тест готовит. А вы все ответы хотите украсть.

— А еще какие? — спросил Оба.

— А больше никаких. Вот если никакой флажок не стоит, то заходи кто хочешь, бери что хочешь. Это значит, что у человека медитация и свободный поиск. И возможно он даже приветствует участие специалистов.

У нас загорелись глаза, что не укрылось от Помора.

— Специалистов! — поднял он палец вверх. — Специалистов! А не личинок специалистов!

— Но нам ведь можно посмотреть? — умильным голосом предложил Мавр. — С целью повышения квалификации? Всегда интересно, как специалист работает.

— Да! — оживился я и поддержал его. — Нам ведь надо как-то вылупляться из личинок, а то всю жизнь проживем в зародышевом состоянии.

— Это аргумент, конечно, — фыркнул Помор. — Ну пошли, проверим, какой там флажок. Тогда и решим.

Мы гуськом поднялись на следующий этаж к нему в кабинет. Кабинет у Помора был большой, темный, окна закрыты плотными жалюзями. Любят системщики темноту! Вдоль левой стены стоял десяток стульев как в кинотеатре, а на правой висел экран.

Помор кивнул нам на стулья и велел не мозолить ему глаза, пока он проверяет статус Красинской работы.