— Есть, конечно. С рыбой тут быстро. Все уже привезли в лучшем виде.

Повздыхав, начальник вызвал помощников, которые отвели Диму в комнатку к дежурным.

— Будете через стенку с питомцами! — радостно возвестил молодой человек в синем костюме. — Я вам из стульев кровать составлю.

— Я лучше на полу, — сообщил ему Дима, который еще в первый проход по коридору приметил какие-то маты, стоящие у стены.

— Да пожалуйста, — щедро согласился сотрудник.

Так, со всеми компромиссами, и устроились. Детей отвели домой, сотрудники разошлись, пингвины легли спать, и из ответственных лиц в здании остались только Дима, сторож-андроид и тот же дежурный, который сопровождал Диму.

А на утро Дима порадовался, что перед въездом в карантин дернул Рица. Массированная поддержка оказалась очень кстати.

У ворот карантина — забор все-таки был, только невидимый при солнечном свете, — стоял грузовой мобиль с надписью «Всё живое», мобиль районной администрации и блестящий аэроскутер, из которого кряхтя вывалился мрачный человек в серебристом костюме.

Дима, которого местный персонал провожал со слезами, толкал впереди себя тележку с двумя клетками, где сидели сытые и довольные Ляля и Валя, ничуть не расстроенные промежуточной остановкой.

— А, может, вы уедете, а Ляля с Валей останутся? — с надеждой спросил сын Сергея Сергеевича.

— Ага. '…пусть человек уходит, но Ты, огненный столп, останься.

Нам Тебя очень не хватало'*, — откликнулся Дима.

— Что? — моргнул ребенок.

Дима сжалился над ним.

— Не могу, к сожалению. Лялю и Валю ждут в новом доме.

Ребенок вздохнул.

— Не расстраивайся. Зато вы познакомились, и теперь ты знаешь, какие пингвины классные. И совсем не злые.

— Да! — оживился ребенок. — Я знаю! Мы проходили на инструктаже, что этот вид совсем другой, но обижать их все равно нельзя!

Дима немного замедлился, чтобы за светским разговором суметь сообразить, каков расклад сил. Если этот серебряный мужик за него, то они в большинстве. А если против — то наоборот.

Они немного застряли в снегу у выезда, новый дежурный в синем помог Диме вытолкать тележку и подъехали к грузовому мобилю.

Немедленно последовавшая за его прибытием перепалка показала, что Диминого полку все же больше. Мужик в серебряном оказался кадровиком и безопасником самого Вальтона, и его угроза вчинить иск за создание неудобств уникальной фауне (фауна — это пингвины, Димины неудобства никого не волновали), остудили администрацию, которая непонятно зачем решила оставить пингвинов себе.

Так-то их можно было понять: гумбольдты-два были все еще редкостью, и ими можно было гордиться перед соседями. Аналогичная искусственная версия, которая умела петь, плясать и выглядела так же, энтузиазма ни у кого не вызывала. Ага, всем нужно живое при всем его несовершенстве.