— Импровизировать придется на ходу, но план в общих чертах у нас есть. А ты точно знаешь, где Кулбрис?
— Я тебе даже геолокацию могу прислать. Я не только знаю, где он, но и на что он сейчас смотрит.
— Давай, — потребовал я.
Отец внимательно посмотрел на меня и потянулся к планшету. Не могу поверить, что ему даже искать ничего не надо было.
В мессенджер упало сообщение с координатами. Теперь наступила моя очередь рассказывать.
Отец выслушал меня, не перебивая. Что было ему не просто, потому что в глазах у него я читал то веселье, то раздражение, то вообще черт знает что.
Я договорил.
— Что команду собираешь — это хорошо. Это правильно. Команда — это всё. Я без своих был бы никем.
— А в остальном? Осуждаешь? — спросил я его.
— План настолько безумен, что может и сработать, — признал отец. — Только в двадцать четыре года можно верить, что кто-то возьмет и поступит так, как тебе надо. Учитывая, что тебе у Вальтона самому не понравилось. Как ты будешь его туда заманивать?
Я вздохнул. Это слабое место, но других идей у нас не было. Мы исходили из того, что Кулбрис должен был уже зверски соскучиться в том месте, куда он забурился, и мы ему предлагали… а что мы ему предлагали? Людей со схожим бэкграундом. Чисто поговорить. Я тоже понимал, что надежды наши эфемерны, Кулбрис и раньше умудрялся на несколько месяцев исчезнуть во льдах, и вроде бы не скучал.
— Сам поедешь? — уточнил отец.
— Сначала Баклан. Он — коммуникатор лучше меня. И подстраивается лучше. Я-то себя просто приношу на тарелке как есть: нате, кушайте, не обляпайтесь. Боюсь, это не то. Но если понадобится, я сорвусь тоже.
Отец хмыкнул.
— Самокритично. Но, знаешь, звезды могут сложиться в вашу пользу. Что ты знаешь о Териберке?
Я оживился. Что я знаю об этом месте, где укрылся Кулбрис? Название я слышал, но не более того. По карте было ясно, что там холодно, и рядом море. Киты, наверное, плавают. Полярное сияние плещется. Едят морских ежей?
— Да, верно, — подтвердил отец. — Холодно, снежно, добираются через Мурманск, а дорогу туда всю зиму заваливает снегом. Иногда дня по три не проехать. Едут за северным сиянием. Как считают наши восточные друзья, это их любимый дракон в небе резвится. И икру морских ежей подают в каждом ресторане. Но это не главное, зачем туда едут. Не за снегом, и не за ежами.
— Хм, за уединением? За возможностью полюбоваться на лед?
— Льда там ты тоже особо не найдешь, там теплое течение. Да и с уединением не очень, зимой народу много. Те же люди, которые видят в небе драконов, считают хорошей приметой зачать ребенка под северным сиянием.