И утром я отправился к доктору, надеясь, что он знает больше. Специалист он или кто.
— Ага, — сказал доктор, обнаружив меня в коридоре под дверью в восемь утра. — Не спится кому-то, я смотрю. Даже в каникулы.
Ну а что. У него было написано, что он начинает в восемь, я так и пришел. Все равно завтракать не хочу.
— Не спится. Хочу поговорить о кейсе Сырого Нильса.
— Угу. Забавно, что ты откопал именно его. Пошли, поговорим.
Доктор впустил меня в свой кабинет. Похоже, он не успел здесь обжиться: с тех пор, как я был у него в августе, в кабинете ничего не изменилось. Те же суровые стулья и та же аппаратура для замера ущерба. Доктор сел за стол, я — на пациентский стул напротив.
В комнате было холодно, надышать тепла было некому, а отопление по ночам работало с меньшим энтузиазмом.
— Чаю не предлагаю, не столовая, — сурово заявил мне доктор.
— Сейчас нигде не столовая, — улыбнулся я.
— Да, точно, — вспомнил доктор. — А когда откроют? Мне ваша еда нравится.
— На следующей неделе, ближе к началу семестра. Тут нам будет и суп, и пирожки, и курица целиком.
— Ну и славно, — потер руки доктор. — Тогда заживем. Я к вам иногда специально обедать приезжаю. Так. Вернемся к нашим баранам. Сырой Нильс. Почему именно он? Мутный кейс, между прочим. Его терпеть не могут, потому что повторить этот успех никому не удалось.
— Потому что он единственный. Только там удалось хоть что-то сделать, все остальное — просто пассивное наблюдение за восстановлением. Прямо скажем, скукота. Вот сломалось, вот отросло, не понимаю, в чем смысл таких фиксаций.
Доктор понимающе хмыкнул.
— Если им каким-то образом удалось подобрать состав или форму сырых органических элементов так, чтобы простимулировать восстановление каналов, то мы могли бы попробовать тоже.
— Хочешь помочь? Личный интерес? — поднял бровь доктор.
Я не стал отрицать.
— Хочу помочь. И да, личный интерес. Раз у меня нетривиальные способности, глупо не использовать их для своих.
— Надо понимать, девушка представляет двойной интерес.
— Учитывая, что у девушки поражены обе руки — однозначно.
— Тебя не поймаешь, — скривился доктор. — Что могу сказать — шанс есть. Реальный, но не большой. Мы мало что знаем о самом Нильсе, учитывая, что он лет пять назад умер от старости. И все, что у нас есть, это записи. Но у твоих друзей восстановление каналов от локтя до кисти пошло довольно резво. Но прогресс остановился на запястье, и там стоит. Причем канал от локтя до запястья за это время расширился и укрепился. Даже смешно, насколько этот эффект для вас бесполезен. Выхода-то нет!