Оба посмотрел внимательно на Гелия.

— Они вроде совсем дешевые там…

— Да. Верно. Потому и легли. Но за ними лягут и дорогие. Поэтому нас очень просят, буквально стоят на коленях, хоть что-нибудь сделать. Первым приоритетом на ближайшее время будет вся цепочка кольцевых контроллеров. Специалисты Юга утверждают, что посыпались именно они. Оба, что ваши говорят?

— Я узнаю, — пообещал Оба.

— Пока мы уточняем, — бодро продолжил Гелий, — займемся именно ими. Я думаю, это в любом случае проблемные элементы, слишком они маленькие и хрупкие. Никто, знаете ли, не готовился к такому выбросу. По поводу работы с новой массой, я попрошу заняться двумя вещами. Определить ее оптимальный состав — этим могут заниматься все. Сосредоточьтесь на генерации вариантов, а вот вытягиванием элементов мы допустим только тех, кто работает без направляющих. Это у нас Риц, Оба и Мавр. Только вы, господа, и, пожалуйста, следите за своим состоянием. Если что-то произойдет и с вами, я буду вынужден допустить сюда Красина с его командой. Вы с ним не очень совместимы, но выбора у нас не будет.

Мы с Обой и Мавром хором вздохнули. Понятно всё, чего уж. Главное, снова не облажаться.

Обговорили технические вопросы, я посмотрел, как народ наловчился работать с кондиционированной массой — а удобно. Ее держат в общем хранилище, а доступ каждый получает через рабочий планшет и все операции производит на своей поверхности. Вообще не понимаю, как при такой схеме можно было сжечь руки. Ну да ладно, все умные после.

Я хотел перехватить Гелия после собрания, но они с Марго куда-то повели Хмарь с Киликом, и я сумел договориться только на шесть вечера. Ну и ладно, пусть так. Заодно будет возможность проверить идею, которую мой воспаленный мозг родил ночью. Собрать прототип полностью я не успел, Швед узрел, что я занимаюсь чем угодно, только не контроллерами, и начал орать.

— Риц, брось свои игрушки! У нас есть дело! Его надо делать! Ты что такое дисциплина понимаешь?

— Понимаю. Но то, что я делаю, тоже очень важно. Если лаборатория будет работать круглосуточно, я успею и то, и другое, но ты же нас выгонишь к ужину.

— И выгоню! Никаких инициатив, понял?

— Да понял я, понял. А если Гелий одобрит мои деяния?

— Когда одобрит, тогда и займешься.

Нервные все какие. Нехорошо, что я даже на живую нитку ничего не собрал, придется Гелию на пальцах объяснять. Не люблю на пальцах. Может, мне кто чертеж красивый нарисует? Я огляделся вокруг, но все сосредоточенно копались в своих заданиях. Как на конвейере, честное слово. И теперь что — всегда так будет⁈ Очень скучно. Оплакав наш веселый трилобитник, я сосредоточился на контроллерах. Не понимаю, в чем вообще проблема — деталь простенькая, там и ломаться нечему, если сможем прочно сделать. И никакая подвижность ей не нужна. Оба до вечера тоже настрогал их штук пять, а вот Мавру работа с массой давалась хуже. Он пожаловался, что она жжет ему руки, и был направлен Шведом к заготовку массы. Общими усилиями мы родили двенадцать версий и отгрузили к Шведу на контроль.