— … и теперь вы должны агитировать за меня! Если только сами не хотите взять на себя весь объем работ! — донеслось за меня.
Дима этим выступлением ни разу не проникся, зато, увидев меня, оживился.
— О, Риц! Ты ходил на ужин?
— Нет еще, — ответил я.
— Тогда пошли есть. Центурион, отстань, я такой голодный, что не понимаю ничего. За агитацию отсыпешь мне по текущему прайсу, вот что, — ошарашил его Дима.
Центурион аж захлебнулся.
— Ты про что ему тут втираешь? Про выборы в Студсовет? — усмехнулся я.
— Да, и тебя это тоже касается!
— Тут ты пролетел сразу и навсегда, — заявил я Центуриону. — Некогда объяснять, но поищи себе других агитаторов.
Центурион зашипел, забулькал, попытался ткнуть мне в лицо свой планшет, но я от него отмахнулся, и мы с Димой ушли. Ужин сам себя не съест. А проблема Центуриона, считай, решена.
Вот только Хмари я обещал узнать про отчисления. И узнал. Но что ей сказать-то? Привет, я точно останусь, а ты — не факт? Фигово выглядит, чего ж написать…
Утро субботы выдалось бодрым: ночью из соседнего игрового полигона, ну как соседнего, — примерно в пяти километрах от кампуса, — сбежала группа игровых микродронов, которые были призваны летать через сложно устроенные лабиринты, но вместо этого объединились в рой, улетели к нам и налипли на крупную сосну по центру. Этот инцидент не стоил бы никакого упоминания, если они попутно не сбили настройки летающей платформе хозслужб, которая присоединилась к ним и врезалась в ветки той же сосны. Хорошо еще, что платформа была только одна, остальные были заперты в гараже.
Исходную проблему победили быстро: прибыл главный хозяйственник, нажал на пульте кнопку «все вниз», и все дроны в черте кампуса осыпались на землю. Должна была осыпаться и платформа, но как раз она плотно застряла между ветвями. Поэтому пришлось сначала собрать микронарушителей, отменить команду и только после этого высылать спасателей с пилами.
Мы с Димой и Бакланом пришли поглазеть уже на финал драмы, когда застрявшую платформу уже почти выпилили из веток.
— Я думаю, тут не помешал бы штатный медведь, — предложил Дима.
— Ага, — согласился я. — Умеющий работать с пилой.
— А что, если они на коньках умеют кататься, могли бы научиться и пилить.
— Как он тебе будет пилить? У медведя нет ни плеча, ни кисти. Он ни обычную пилу не удержит, ни мото.
— А плечо ему зачем? Вот хвата нет, это серьезно. Надо вывести особую породу! Но без потери умения лазать по деревьям!
— Сразу искусственного медведя?
— Жаль, что никто из нас не собирается работать с животными.
— Это да.