– Вы же знаете, что случилось со всем этим несчастным миром?

– Я бы не рискнул назвать это знанием… – покачал головой глава ВВС.

– И, тем не менее, мы знаем, что за пределами фактических границ Пунтленда не осталось ничего. Только дикая пустыня. Мир до Адама и Хаввы. Поэтому, отстаивая законную власть, мы не сможем опереться ни на кого. Нет сил ООН, нет сил НАТО. Эфиопии или какого-либо еще государства в нашем понимании тоже нет. Нет даже федеральной власти в Могадишо. Никто не придет к нам на помощь. Своих же сил крайне мало. У меня три взвода – чуть более 80-ти человек. У вас?

– Два десятка человек летного состава, – отчеканил майор Хаджи Ахмед. – Плюс сводная рота из аэродромной обслуги и охраны.

Причем, последних майор перечислил с такими интонациями, что каждый в «зале» понял, что глава ВВС на них не готов рассчитывать.

– Вот, – Хамди развел руками. – Как видите, сил для ведения борьбы у нас нет. Я полагаю, что власть генерала Херси могут не признать отряды Дервишей. Но их мало, они слабо организованы и не имеют тяжелого вооружения.

– Тогда… – майор не завершил вопрос, так как начал понимать, куда клонит гость.

– Если нет возможности вести боевые действия, необходимо отступать. Я прибыл к вам, господин майор, потому что имел основания предположить, что у вас нет желания поддерживать незаконный режим Херси. Но самое главное – только у вас есть техническая возможность обеспечить наше отступление.

Хамди Сулейман снова встал по струнке и проговорил, чеканя каждое слово:

– Господин майор, я призываю вас присоединиться ко мне и покинуть территорию Пунтленда, на которой в самое ближайшее время начнут твориться страшные дела! Покинуть, как можно дальше.

– Дезертирство, – еле слышно выдохнул комендант.

– Я не могу принять ваше предложение, капитан.

Хаджи Ахмед решительно расстегнул кобуру на поясе, выхватил пистолет… И, развернувшись выстрелил прямо в лоб коменданту.

– А вот теперь могу.

Три пары глаз, полные искреннего изумления, сошлись на майоре, и тот, с жесткой усмешкой пояснил:

– Он был человеком генерала. И не дал бы нам ничего сделать. Без этого человека охрана не выступит против нас. Особенно, при наличии вашего подразделения, – Хаджи Ахмед взял стул, переставил его к столу и уселся. – А теперь, капитан, расскажи мне свой план. Надеюсь, он стоит того, что я только что сделал.

Хамди смотрел на труп и вовсе не разделял надежд главы авиации. План его был слишком общим.

– Всё просто: мы садимся на ваши самолеты и улетаем отсюда, как можно дальше. Если не считать нескольких частных самолетов и нескольких бортов федералов – в Пунтленде больше нет воздушных средств, чтобы догнать и найти нас.