…Перебравшись на тесный, пропахший соляркой и тухлой рыбой баркас, компания расселась в тесной рубке. Джулиано, несмотря на легкую качку, продолжал мелко вибрировать, как телефон в режиме «без звука», а капитан Дубич смотрел на горизонт с выражением человека, который только что понял, что забыл выключить утюг в другой галактике. Он не паниковал. Когда утюг горит в другой галактике – уже никак не успеть и ничего не спасти… Ничего.

Башати включил рацию. Он носился по частотам туда и сюда, но из динамиков лился только мерзкий, шипящий шум, похожий на звук жарящейся на сковороде змеи.

– Может, антенну задело? – предположил Юлух, сам понимая, что дело не может быть в поломанной антенне.

– Да всё я проверил! – взвыл помощник, стукнув рацией о колено. – Ничего не работает! Мы в эфирной пустоте!

Джулиано тихонько всхлипнул, закрыв лицо руками:

– О Мадонна, мы прокляты. Я… Я не готов предстать пред Господом.

Дубич скосился на своего помощника.

– Вот это в точку, Джул. Последние часы своей жизни ты провел не очень достойно. Господь не погладит тебя по головке.

– Ааа! – взвыл Джудиано и вознамерился плюхнуться на колени, но застрял между жилистым бедром капитана и здоровенной ножищей Башати. Поерзал, получил в бок черным крепким локтем и запричитал. – О, Падре Челесте, пердонами пеккаторе…

Молитву бесцеремонно перебил пропитой голос. Никто, даже набожный Джулиано и на миг не усомнились, что это мог оказаться Господь. Все уставились на рацию.

– ...алло? Алло, это вызов? Кто тут шумит? «Канарейка» слушает!

– Далет?! – выкрикнул Юлух, первым узнавший голос бармена из «Канарейки». На его лице расцвела такая широкая улыбка, что даже капитан Дубич на секунду забыл о гибели своей карьеры. – Далет, брат! Да, это я! Ты живой?

– Живой ли я? – на той стороне канала связи поперхнулись. – А трезв ли ты, господин мой аббан?

– Далет, ты поменьше дерзил бы Иссе Мохамеду Юсуфу, – наклонился к микрофону Башати. – Помнится в 2010-м твоя «Канарейка» уже один раз горела…

В динамике поперхнулись еще сильнее.

– Я живой, почтенный аббан! Все живые. И все здесь – половина Кулуалы в бар приперлась. Я вот сижу и уже палец до крови натер, подсчитывая, сколько мы сегодня заработаем.

По баркасу прошелестел общий вздох облегчения. Дубич вытер холодный пот со лба, а Джулиано начал ощупывать себя, радуясь своей плоти. Хоть, такой, но зато живой, со всеми положенными обменами веществ. Мир, как будто, снова встал на свои места.

– Слава Аллаху, – кивнул Юлух. – А то мы тут уже… Значит, всё в порядке, всё на месте.

– Да какой там в порядке! – вспыхнул Далет, и в его голосе прорезались нотки раздражения. – У меня тут телик сдох.