Опустив самомнение оставшихся воинов ниже плинтуса, чтобы они даже не думали взять реванш, продолжил раздавать указания:

— Остальные занимайтесь своей работой! Ты — за мной! — Купец бросил пару испуганных взглядов влево-вправо и, не найдя желающих пасть смертью храбрых за его имущество и жизнь, понуро поплёлся следом.

— Рассказывай! — Приказал я.

— Что рассказывать, могущественный эмир?..

— Для начала — как тебя зовут. Откуда едете — и куда. Что везёте.

— Милостивый господин! Меня, недостойного Вашего внимания, зовут Мил-Каша, долговой торговец. Я собираю попавших в рабство людей — должников, военнопленных, молодых рабов, которые не требуются хозяевам… Еду с восточных предгорий, через Великую Пустошь к морю, в град Кратт, славящийся своим богатством и великолепием…

Купец замолчал, не зная, что ещё можно сказать.

— И много ли у тебя сейчас рабов?

— Немного, повелитель! Всего двадцать пять мужчин разного возраста и де… одиннадцать женщин.

— Есть ли среди них воины или люди благородного происхождения?

— Нет, повелитель! Я бы никогда не посмел взять в рабы того, в чьих жилах течёт благословенная кровь властителей! Воины же есть — трое пленников из кочевого племени, неудачно попытавшегося сходить в набег на освоенные земли. Им не повезло — столкнулись с отрядом лёгкой кавалерии, и они были разбиты. Хорошо обращаются с саблей, дротиками и пращой. Отлично держатся в седле, но… непокорны, глупы и свободолюбивы. Я собирался их продать на каменоломни. Также есть два боевых раба-гладиатора, умелых в поединке, но слабых в настоящем бою.

— Не густо… Пошли взглянем на них всех.

Мы подошли к четырём большим фургонам, приспособленным для перевозки людей. Мужчин держали закованными в кандалы на длинной цепи. Женщины же имели на шее кожаные ремни, но закованы не были — их практически постоянно держали внутри фургонов, выпуская лишь для справления естественных надобностей. Похоже, купец опасался, что женщины могут вызвать волнение в мужском коллективе и всячески старался дистанцировать их друг от друга.

«Метка» квеста указывала на фургон, где содержались женщины. Я встал перед ним и громко произнёс:

— Я благородный рыцарь, сэр Святослав! Есть ли среди вас люди аристократического происхождения или их слуги и воины? — Через пару секунд, когда я уже думал продолжить свою речь, из фургона донеслись полузадушенные слова:

— Не трогайте меня! Благородный сэр! Какое счастье снова слышать понятную речь! Я законная дочь барона Мерошке! Владельца замка «Клык Вепря», и хранителя Срединного Прохода! Меня самовольно пленили эти люди и одели рабский ошейник! Прошу Вас о милости, благородный сэр!!!