Появившиеся именно в этот момент караванщики не оценили величественность открывшегося им зрелища и сразу попытались его опошлить, выпустив две стрелы по моей горячо любимой тушке. Целились они по конечностям — одна стрела должна была поразить правую руку, вторая — правую ногу. Вот так вот! Ни тебе «здравствуйте», ни «вечер добрый»! Хорошо, что амулет справился — обе стрелы прошли мимо.

Ну, кто к нам с мечом пришёл… Активировал «Щит Крови» на себе и «Слабость» на противнике… и прифигел! Вместо слабой, едва заметной дымки меня окружила плотная алая завеса, а противники как стояли — так и рухнули на землю. Взглянул на нож — окутавшая его дымка весьма значительно поблекла и рассеялась. Пожалуй, ещё на один такой удар хватит, но не более. Также весьма приятной неожиданность стало усиление всей магии вообще, а не только «тёмной» её части. Нужно ещё «Вампиризм» и «Магию Духов» будет попробовать — по случаю.

Ладно, раз бой закончился, практически не начавшись, займёмся сбором трофеев и допросом. Противников, попавших под удар магии, было пятеро, как я и предполагал. Из них двое были лучниками с дополнительным оружием в виде длинных кинжалов, а трое — копейщиками с альтернативным оружием в виде кривых мечей и небольших круглых щитов.

Одеты они были в плотные халаты — это лучники и кожаные куртки с «юбками» — соответственно копейщики. На ногах имели кожаные сандалии, на голове — что-то вроде бандан или тюрбанов. Быстро связал всех пятерых заботливо принесёнными ими верёвками, предварительно раздев одного из копейщиков, чья комплекция была наиболее близка к моей, а одежда не вызывала отвращения своим видом и запахом, как, например, халат одного из лучников, от которого буквально несло, как из сортира.

Из оружия взял себе отличную саблю с «дамасским» рисунком на лезвии, короткий клееный лук — хотя второй был ничем не лучше, оба барахло, но этот хоть был новый и не вонял как его бывший хозяин. Также мой арсенал дополнился круглым деревянным щитом с бронзовым шипом в центре, но без окованного края, так что принимать удар надо с осторожностью.

Следовало поспешить, пока оставшиеся караванщики не всполошились. Для форсированного допроса был выбран тот самый воин, с которого я до этого снял одежду. Дезактивировал «Слабость», после чего привёл его в чувство парочкой оплеух и, когда в его взгляде появился проблеск сознания, спросил:

— Кто вы?

— Как ты… — Начал было воин, но я тут же показал всю неправильность его понимания ситуации, воткнув кончик своего ножа ему в ляжку, одновременно зажимая рот его же набедренной повязкой, чтоб не слишком громко орал.