Грохоча доспехами, он покидает помещение. Катя провожает деда офигевшими глазами, а потом медленно переводит свой очумелый взгляд на меня.

А я, расплывшись в широкой ухмылке, весело машу ей рукой:

— Привет, сестрёнка!

Возвращаюсь в усадьбу, солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в тёплые оттенки оранжевого и розового. Как только переступаю порог, ко мне навстречу выбегают мои жёны. Светка, как всегда, впереди всех, её голубые глаза сияют от беспокойство.

— Даня! — восклицает она, зачем-то кидаясь мне на шею. — Срочные новости! Только что сообщили!

— Э, убавь пыл! Что случилось? — отстраняюсь, глядя в её взволнованное лицо.

Она оборачивается к остальным, затем снова смотрит на меня.

— В Будовске на мою родню, Соколовых, пытались напасть другие рода — из Перми, — быстро говорит она. — Но Енеревы и Калыйр пришли на выручку и отбили атаку.

Я сжимаю челюсти, ощущая, как внутри закипает гнев. Этот Ермолай совсем охренел? Нападать на родственников моей жены? Мало тебе уисосиков, скотина? Раз мало, получишь добавки.

Лакомка подходит ближе.

— Похоже, князь Великопермский решил действовать открыто, — тихо добавляет она.

Я лишь фыркаю в ответ.

— Похоже, ему захотелось устроить себе экскурсию на кладбище.

Выуживаю из кармана артефакт связи. Лёгкое прикосновение пальцев, несколько символов — и вот, устанавливаю код связи с Гришей Калыйром.

— Привет, Гриша, — произношу с ухмылкой, как только кристалл оживает его знакомым голосом. — Спасибо за помощь с Соколовыми.

С другого конца доносится его залихватский смех:

— Да брось, Даня! Мы же друзья. Кстати, у твоих родственников отличные громобои! Я бы и себе такие прикупил. Продашь?

Я невольно улыбаюсь, покачав головой.

— Продам по дружеской цене. Всё равно трофеев у меня завались.

Он снова смеётся, словно я рассказал самую смешную шутку на свете.

— Отлично! — его голос звенит весёлым одобрением.

После окончания разговора я убираю артефакт и оборачиваюсь к жёнам.

— Мне нужно срочно съездить к Великопермскому в его вторую резиденцию, — сообщаю, глядя в глаза Лакомке.

Она кивает понимающе, точеное лицо серьезно.

— Может, стоит донести Владиславу Владимировичу?

— Стоит и донесу, — киваю. — После того, как наведаюсь к Его Сиятельству князю Перми.

Уже через двадцать минут мой лимузин мягко катится по узкой дорожке резиденции Великопермского. Колёса громко шуршат по гравию.

Вторую княжескую усадьбу стерегут, как царскую сокровищницу: охранники стоят на каждом углу, патрули курсируют с оружием наготове, прожекторы сканируют прилегающую территорию, а глаза бойцов цепляются за каждую мелочь. Заметно, что Адские ёжики всё-таки поднапрягли князя.