Не громко, но отчётливо.

— Мам, — голос Алексея был низкий, сдержанный. — Хватит.

— Да что “хватит”? — мама явно не понимала, в чём проблема. — Я же просто…

— Ты ее пугаешь, не дави, — перебил он.

— Ой, господи, — мама вздохнула. — Да чем? Вопросами?

— Именно, — отрезал Алексей. — У нас не “свадьба через две недели”. Мы… пока разбираемся.

Пауза.

— А “невеста” тогда откуда? — осторожно спросила мама.

— Я не имел права так говорить, она мне пока ничего не обещала.

Мама тоже замолчала на секунду, а потом сказала уже совсем другим тоном:

— Сын… ты её любишь?

— Да, — ответил он так быстро, что будто даже не думал. — Но я… привык давить. И я боюсь, что сломаю то, что пытаюсь построить.

— Лёша, — мама тихо вздохнула. — Тогда перестань вести себя так.

— Я пытаюсь, — глухо сказал он. — Просто… я не умею иначе.

Пауза.

— Научишься, — спокойно ответила мама. — Если хочешь быть не один.

И добавила с лёгкой улыбкой, но уже без колкостей:

— Иди. Проверь, как она.

Я закрыла глаза на секунду, выдохнула, привела волосы в порядок, хотя это было смешно, их всё равно не укротить, если внутри ураган.

Положила ладони на щёки, как будто собиралась себя успокоить:

— Не истери, Оля. — прошептала я. — Сейчас просто выйди и будь собой.

Открыла дверь.

В коридоре уже стоял Алексей.

Посмотрел на меня внимательно.

— Все в порядке? — спросил он мягко.

— Я…

— Тебе некомфортно.

Подняла подбородок:

— А как ты думаешь?

Он чуть поморщился, словно ему стыдно.

— Я перегнул с “невестой”.

— Ладно, — выдохнула я. — Тогда вернёмся.

***

Мама повернула голову, внимательно посмотрела на нас обоих.

— Ну что, — сказала она, наливая очередной чай, — помирились?

— Мы не ссорились, — автоматически ответил Алексей.

— Да-да, — кивнула она. — Вы “не ссорились”. Вы “вели переговоры”. Сын, ты бы хоть раз назвал вещи своими именами.

Я села и, неожиданно для себя, сказала спокойно:

— Давайте так. Я вам очень благодарна за гостеприимство, правда. Но… про свадьбу и детей пока рано.

Мама моргнула, потом улыбнулась… и вдруг сказала мягко:

— Поняла, милая. Не буду лезть. — И глянула на сына так, что ему наверняка захотелось стать антуриумом и спрятаться за занавеской. — А ты, Лёша, перестань устраивай девочке автобан.

Поймала себя на странной мысли: если бы меня сюда привезли не силой его упрямого руля, а по-человечески, я бы, наверное, осталась и без уговоров.

Мама, будто почувствовав, что мы с Алексеем сейчас тонко балансируем между “всё хорошо” и “сейчас кого-то вынесет”, резко сменила траекторию.

— Так, — сказала она и хлопнула ладонью по столешнице. — Раз уж ты, Оля, настаиваешь на “в процессе”, а мой сын изображает из себя ледяную глыбу… надо тебя хоть чем-то порадовать.