В принципе, наш милиционер говорил все правильно, и поспорить с ним было трудно. Я попытался поставить себя на его место — и с ходу даже не смог сообразить, как бы я держал в кулаке весь участок. Да ещё и с таким сложным контингентом. Только нам-то что было теперь делать? Нужно было срочно придумать какой-нибудь способ вернуться на базу, иначе последствия могли быть намного хуже любой массовой драки.

— Скажите, — заговорил я. — А нас обязательно прямо в отделение везти?

— А куда же вас? — хмыкнул водитель. — В санаторий, что ли?

— Ну… — я сделал извиняющимся вид. — Может быть, можно нас высадить на нашей спортбазе? Без заезда к вам? У нас там дисциплина строгая, ничего лишнего мы себе позволить не сможем…

— Ага, — кивнул милиционер, — я и вижу, какая у вас там строгая дисциплина. Всего-то навсего сбежали на танцы и драку чуть не устроили. Мы приехали, помешали, иначе неизвестно, чем бы все закончилось. А так — да, все тихо и хорошо.

— Ну это же случайно так получилось, — сказал я самую глупую фразу, которая только может быть в таких случаях. — Вы же понимаете, что мы здесь находимся по делу, что у нас тренировки, жёсткий график… И что тренер нас за такие приключения по головкам не погладит, мягко говоря.

— А вот об этом, молодые люди, надо было как-то пораньше думать, — заметил милиционер. — Да и потом, как раз тренер-то за вами и не приедет. Ну или, во всяком случае, не сейчас — это точно. Он на юбилее очень уважаемого человека — тренера по борьбе, и ему в данный момент точно не до вас. И срочным образом я ему сообщать тоже ничего не буду — пусть отдохнет человек от своих хулиганов в кои-то веки.

Вот тебе раз. Значит, нас пока ещё на базе и не хватились, раз Григория Семёновича там нет!

— Так тем более, — подхватил я с надеждой, — может быть, вы завезете нас на базу, и мы замнем эту ситуацию, как досадное недоразумение?

— Ну уж нет, — усмехнулся наш водитель, — Вы что же, думаете, что если вы спортсмены и наши гости, так на вас правила поведения не должны распространяться, что ли? Ничего подобного! Вести себя нужно уметь всем. А у вас — не знаю уж, что там с вашими спортивными достижениями, но с поведением у вас точно не ахти. Значит, наша задача как органов правопорядка что? Правильно, купировать антисоциальное поведение в самом зародыше, пока оно не стало окончательно неуправляемым.

— Да почему сразу неуправляемым-то? — не выдержал Шпала.

— А кто говорит, что сразу? — парировал милиционер. — Далеко не сразу. Сначала поспорили, потом подрались, потом подрались толпа на толпу, потом, не знаю, ограбили или избили кого-то до полусмерти — а это уже, извините, уголовщина. Думаете, я мало на такое насмотрелся? Сейчас приедем, я вам покажу журнал задержанных за последние месяцы! И ведь что характерно — редко встретишь действительно закоренелого уголовника какого-нибудь. В основном — такие же, как вы, простые пацаны. Молодая кровь бурлит, чуть подвыпили, на чем-то не сошлись — и полетели клочки по закоулочкам! Сами не успевают оглянуться, как уже за решеткой. А если оказался за решеткой — то все, тут уже «простите-извините» не поможет, обратно только через несколько лет! И вот как посмотришь на таких — вроде и обидно, и жалко парня, понимаешь, что он, в общем-то, никакой не злодей. А с другой стороны, и сделать ничего нельзя. Да и, может, ему это на пользу пойдет — образумится, не захочет больше туда попадать.