— Серый параноик!
Фыркнула и быстро вышла. Нарочито громко хлопнула дверью. Бодрым шагом прошла под окнами, свернула на улицу, где ее уже ждал экипаж с симпатичным возничим.
— Прошу прощения, я совершенно забыла перчатки!
Вернулась очень тихо, беззвучно, как могут лишь кошки. Приоткрыла осторожно дверь и увидела волка. Огромного, очень красивого (она все не успевала его рассмотреть). Цвет шерсти был у него такой… пепельно-серый, с каким-то жемчужным отливом, даже голубоватый. Здоровенный мускулистый зверь в приступе слепой ярости метался по дому и бился о стены. Молча, как тень. Дом ходил ходуном.
Абсолютно удовлетворенная, Агата вернулась к коляске. На душе расцветали цветы и пели прекрасные птицы. Ну прекрасно же? Этот нахал ведь страдает о ней! Изображает из себя… умника, а сам чуть что — об забор! Замечательно!
И с этими добрыми мыслями тигрица направилась покорять мага. Пусть тоже побьется немножечко головой. Им полезно, убогим мужикам. Так и надо.
Экипаж привез Агату прямиком к конюшням. Тем самым, где она побывала вместе с Рудиком вчера и оставила о себе, кажется, незабываемое впечатление. Маг уже ждал ее у ворот — и был чертовски прекрасен (вполне ожидаемо).
Камзол глубокого фиолетового цвета — даже почти черного, белоснежный шейный платок, замшевые штаны в тон камзола и сапоги до колен. Темные волосы небрежно стянуты в хвост, в ухе — серебряная серьга, на плече — что-то вроде ордена. Красивая такая брошь, с черным языком пламени, выгравированном на серебряном треугольнике. Видимо, это тот самый знак, о котором ей столько времени толковал Рудик.
Она готова была поспорить, что и серьга в ухе, и каждое из колец, украшающих длинные холеные пальцы мага — тоже артефакты.
Ах, какой он! И прищур колдовских глаз, и разворот плеч, и даже стек — длинный и тонкий, лениво похлопывающий по голенищу сапога, приводили тигрицу в полный восторг. Так и сожрала бы этого красавчика. Да хоть понадкусывала бы.
И судя по его вспыхнувшему взгляду, с явным удовольствием окинувшему ее с ног до головы — особо сопротивляться сей субъект не станет.
Как же это приятно — нравится настоящим мужчинам! Сначала Рудик, теперь — Лур. Настроение у Агаты было великолепным. Все сегодня ей нравилось: и голубое небо с перьями облаков, и зелень листвы, и белоснежная тонконогая кобылка под роскошным, отделанным золотом седлом. Ах, красавица!
— Нравится? — лукаво улыбнулся Жозеф. — Она ваша на весь сегодняшний день. Хотите яблоко?
Он протянул Агате большое румяное яблоко, так дивно пахнувшее, что она немедленно вонзила в него свои зубки к некоторой растерянности мага. Ой! Кажется, подразумевалось, что фрукт девушка должна была скормить лошади. Какая незадача! Но Лур быстро оправился от удивления (или сделал вид) и как ни в чем не бывало улыбался, достав откуда-то еще одно яблоко и теперь уже самостоятельно отдав его «белоснежке».