— Ты головой повредился и решил, что ты — император, а я — твоя бесправная наложница, которую ты можешь запереть, когда пожелаешь? — прорычала она. — Я — не твоя собственность, что бы ты там себе ни надумал. Ты не имеешь права мной распоряжаться!
Веньян впервые видел, чтобы шиди так сильно злился, и эта вспышка бешенства застала его врасплох. Однако даже с искаженным от гнева лицом Веньхуа выглядел, как какое-нибудь божество войны.
— Н-но шиди, — слегка запинаясь от того, что его продолжали периодически встряхивать, проговорил Веньян. — Как глава ордена я обязан распоряжаться моими младшими братьями и сестрами.
Вика поняла, что заклинатель непреклонен в своем решении, и ей очень захотелось постучать его головой об стену, чтобы вбить немного здравого смысла. Однако она не могла себе такого позволить. Вместо этого, она отшвырнула шисюна от себя и холодно процедила:
— Отлично.
Не успел Веньян порадоваться своей победе, как Вика продолжила:
— Значит, на этом наши пути с Безмятежным орденом расходятся. Мне нужно написать заявление об увольнении или можно просто молча уйти?
Глава тут же побелел как простыня. На что девушка злорадно усмехнулась.
— Пойду соберу вещи. Жаль расставаться, мне всегда нравилось это место, но свобода дороже.
Она развернулась, чтобы уйти, но тут глава вдруг бросился следом, упал на колени, цепляясь за ее ноги, и разрыдался, умоляя не покидать его. Вика даже опешила от такого бурного представления, как-то она не ожидала такой реакции. Она сама не поняла, как так вышло, но кончилось тем, что она еле-еле успокоила эту истерику и пообещала не уходить, если глава ордена будет вести себя как примерный старший брат, а не одержимый психопат. Ей почти час пришлось уговаривать его разжать руки, а потом перестать цепляться за ее одежду. Отлепить его от себя оказалось сложнее, чем жвачку от волос, но девушка кое-как справилась, хотя уже всерьез начинала подумывать, что проще его вырубить. Талисманом каким-нибудь, или парализующими иглами. Хотя больше всего хотелось просто треснуть его по голове, чтобы отстал наконец. Но они с главой все же сошлись на том, что Веньхуа поедет на турнир, но во время путешествия никуда не будет ходить без сопровождения. Да и вообще постарается ни во что не влезать и не высовываться лишний раз из гостиницы.
Покинув главный пик, девушка поспешила в свой старый дом, чтобы обсудить произошедшее с Сунлинем. В конце концов, он был единственным, с кем она могла поговорить начистоту о странностях Веньяна. Когда она, все еще кипя возмущением, практически ввалилась внутрь, Цун-Цун как раз пил чай.