уж страшно. А вот если выяснится, что и вы имели контакты с демоном, это может вообще уничтожить Безмятежный орден.
Вика быстро написала записку для учениц, чтобы они освободили Чуньлань и Чуньгуана от талисманов, а затем запечатала ее в конверт. Потом обклеила себя и Хуаня скрывающими талисманами. С ее силой нести обездвиженного демона было все равно, что перетаскивать манекен — легко, но не очень удобно.
С ученицами объясняться не хотелось совсем, ведь и от них придется инкуба защищать, поэтому, открыв дверь, она выбросила наружу конверт. Жулань и Дандан, до этого нервно ожидавшие окончания разговора, отвлеклись на письмо, и никем не замеченная Вика смогла удрать с собственного пика. Уже в воздухе она раздраженно закатила глаза — до чего дошла, даже от собственных учениц прячется. Что за жизнь у нее такая! Стоит обойтись с кем-то по-доброму, и этот кто-то тут же норовит сесть ей на шею, диктуя свои правила.
Отлетев на некоторое расстояние от Безмятежного ордена, она спустилась на землю и отлепила все талисманы с себя и инкуба. Вика ожидала, что демон начнет возмущаться о том, как бесцеремонно с ним обошлись, но вместо этого он произнес:
— Такой властный Веньхуа заставляет мое сердце биться чаще, — и, судя по пополнившейся шкале отношений, совсем не врал.
— Не ты ли в прошлый раз полчаса хвастался, что твое очарование сильнее моего? Раз пять мне рассказал, какой ты крутой инкуб, а сам так легко поддался моей ауре, — недовольно ответила девушка. — По-моему, ты даже не пытаешься сопротивляться. Не боишься, что скоро будешь полностью околдован? Тогда пути назад у тебя уже не будет.
— Если ты переедешь жить ко мне, то меня все устраивает. Твой орден — слишком опасное место. Если остальные узнают о твоем сходстве с инкубами, они убьют тебя.
— Вообще-то, только демоны чувствуют во мне что-то такое. Из заклинателей никто не заметил. Так что о моих связях с демонами никто не узнает, пока твой сын не вернется и не откроет всем свою природу.
— Почему ты постоянно думаешь о моем сыне? — надулся Хуань. — Я же лучше!
— Лучше, — тут же согласилась Вика. — Хотя порой ты так же сильно меня бесишь. Твой сын не только твою внешность унаследовал. Он такой же нахальный и сначала делает, а потом думает.
— Так почему же он для тебя так важен?
— Я на него пять лет потратила, учила, воспитывала, советы давала. Дарила артефакты, кормила сладостями каждый день. Я даже думала, что однажды он достигнет бессмертия и сможет стать главой пика, все же в совершенствовании он весьма талантлив. А потом этот засранец, после всего, что я для него сделала, что-то там себе надумал, возненавидел меня до глубины души и теперь шатается по миру демонов, вынашивая планы мести. Как я могу быть спокойна?