Кто-то другой посчитал бы выделение половины полноценной абордажной партии для охраны входа в переходной шлюз избыточным. А оживившаяся паранойя Марка сочла это недостаточным.

Полная партия, со средствами усиления в виде автоматических турелей — тот минимум, на который он еще готов согласиться.

«Октавиан Август» — сильнейший корабль сектора Тартар-2. Трудно устоять от соблазна его захватить. Особенно если «хозяин» пропадает неведомо где, если не погиб.

По этой причине Марк крайне редко допускал стыковки со станциями потенциальных противников, к которым относил всех окружающих. Даже тех из них, кто по какой-то прихоти судьбы считается союзником.

Еще одно проявление паранойи? Возможно. Зато он все еще жив. Чего нельзя сказать о многих других, менее осторожных, таких как Гней Серт де Велот.

Несший службу караул проводил Марка удивленным взглядом, но мешать Северову провести на борт непонятного человека не стал. Даже идентификационный код не потребовали.

«Большая ошибка», — подумал Марк, прикидывая количество внеочередных тренировок, которые скоро обрушатся на излишне расслабившихся абордажников. — «Распустились тут без меня!».

А вот от Августа скрыть возвращение главы дома не удалось. Стоило Марку миновать переходной шлюз и оказаться в знакомых коридорах, как искин считал код его личного чипа.

— Гранд-адмирал на борту! — излишне торжественно возвестили динамики, прежде чем Марк успел остановить искусственный интеллект корабля.

— И зачем ты это сделал? — спросил он в потолок, снимая теперь уже ненужный шлем штурмового скафа. После увиденного перед шлюзом ему очень хотелось инкогнито проверить все боевые посты корабля.

— Следую стандартной процедуре, — невинно отозвался искин.

— Моя ошибка, — нехотя признал Марк. Август хоть и обладал личностной матрицей, все же просто искин и обязан действовать в рамках прописанных программ.

— Мои приветствия Марк. Я бы сказал, что рад твоему возвращению, но один барон отключил мне модуль, отвечавший за эмоции.

— Неплохо, — оценил шутку Марк. — Ты явно прогрессируешь. Поверь, я тоже рад своему возвращению. Как тут без меня?

— Флаг-адмирал Джинна Хейс де Фобос едва не устроила пожар в твоей каюте, — нажаловался искин и в его голосе чувствовалось тщательно скрываемое ехидство.

— Каким образом?

— Заснула с непогашенной никотиновой палочкой.

Марк знал, что Джи курит крайне редко. Только когда очень сильно нервничает. Надо признать, повод у нее был. Повод нервничать, но не повод курить в его каюте! Табачный дым Марк не переносил! Запах табака всегда напоминал ему о Патрике Лэйне — большом любителе дешевых сигар. От тренировавшего, а скорее — дрессировавшего, клонов наемника всегда несло табаком. И этот запах не хуже гипнопрограмм профессора Суини сложился у клона в устойчивый ассоциативный ряд негативного характера.