Драу спрыгнул на землю и зашагал пешком. Пришлось ответно спешиться и тоже сделать шаг навстречу, иначе было бы невежливо. Руки, впрочем, тёмный не подал, остановился в паре шагов, кивнул и представился:
— Дарклин Мракорис.
— Звучит как неприличное ругательство, — буркнул тихо Дес.
Демон умеет говорить так, что его слышит только Эдрик, однако драу как будто угадал реплику и пояснил:
— Это имя ничего не значит.
— Я Эдрик Колловски. Это тоже ничего не значит.
— Не скажи, — покачал головой тёмный, — для многих тут фамилия «Колловски» значит очень многое.
— Поэтому ты за мной гнался?
— Да, — прямо ответил тот. — Хотел поговорить до того, как ты окажешься в Бос Турохе.
— Не слишком ли много народу в курсе моих планов? — недовольно спросил Эдрик.
— Только те, кому очень надо. Но их тоже хватает. Твоих родителей убили крайне не вовремя, за ними тянется большой шлейф обязательств, который поневоле стал твоим.
— Боюсь, меня забыли поставить об этом в известность.
— Поэтому я здесь. Рад, что ты не хватаешься за ружьё, не часто встретишь разумного, способного спокойно разговаривать с драу. Враньё ондоров создало нам не лучшую репутацию. Она отчасти полезна, мы не ищем дружбы и не любим гостей, но иногда возникают неудобства. Но ты достойный сын своей матери.
— Спасибо на добром слове. Итак, зачем ты за мной гнался? Тёмному возле Бос Туроха небезопасно, любой патруль убил бы тебя сразу, как увидел. Так что повод должен быть веским, я полагаю.
— Видишь ли, Эдрик, я брат твоей матери.
— Мне называть тебя дядей? — Эдрик скептически посмотрел на драу.
Выглядит тот моложаво, но у эльфов это ничего не значит. Одна из самых долгоживущих рас на Альвирахе, вот такой с виду юноша вполне мог застать ещё империю Веспер-Матинс во времена её славы.
— Называй как хочешь. Или не называй никак, это неважно. Поехали, по дороге поболтаем. Не стоит задерживаться, не успеешь доехать до ночи.
— В Бос Турохе ночь — условность. Светила горят всегда.
— Ты давно там не был, — возразил Дарклин. — Теперь ондоры на полсуток забирают их свет для некрополей. Разумеется, ради «заботы о простых жителях, которым свет мешает отдохнуть перед трудовым днём».
— Не любишь их?
— Я драу. Но ты тоже не будешь в восторге, мне кажется.
— Вряд ли я их встречу, не в тех кругах вращаюсь.
— Ты так думаешь? Ну что же, тогда не буду портить тебе сюрприз. В общем, ночью в Бос Турохе теперь темно и холодно, только сияют летучие гробы в небесах.
— А зачем там свет? — удивился Эдрик. — Покойникам лежать темно?
— Спроси при случае сам. Не ответят, но хоть настроение испортишь.