Или голему, если в терминологии фэнтези.

Однако шутить мне не хотелось. Смерть проходила слева и справа, взлетал поднятый ногами грунт, тоже частично маскируя мои движения. Чем ближе я подходил, тем сложнее ему было поспевать за моими перемещениями.

Влево, вправо, проскочить за спину и, вскинув автомат, выдать полную очередь ему в спину. Полетели искры и осколки пуль, скакнул фон маны в точке попадания. Но это всё, чего я добился, на него нужно что-то больше, чем двенадцать миллиметров.

Держась позади голема, перезарядился и выпустил длинную очередь во внутреннюю часть коленного сустава. Не помогло. Также, как и выстрелы ещё нескольких подошедших гвардейцев, от которых механизм стал прикрываться подобранных щитом. В движении он продолжал стрелять.

— Да сколько у него там патронов⁈ — раздался крик одного из наших бойцов.

Я поморщился, перебирая в уме варианты. Ручные гранаты не помогут, нужно что-то сильно крупнее. А «рыцарь», между тем, отступал спиной к зданию, откуда он вылез для атаки дирижабля, поливая нас короткими очередями.

Что меня поразило, так это насколько изящно гигант двигался. Высокий, стальной, больше всего похожий на рыцаря в полной броне с щитом в одной руке и пулемётом в другой.

Титан пригибался, закрывался щитом, пытался им же отмахиваться от меня. И в один момент, когда я оказался справа, ко мне повернулась голова, уставившись одним глазом оружейного ствола поверх глухого забрала «шлема».

Раздалась короткая очередь, и пули вспахали завизжавший воздух там, где я только что стоял. Опасно вышло!

Всё-таки, не один ствол есть у робота, есть и дополнительные. Но, вроде, лишь один. Так что, перезарядившись, я сумел расстрелять весь магазин в основное оружие голема. Подобного оно не выдержало, и вместо очередного выстрела раздался металлический хруст.

Стало легче. В голове у него было явно что-то меньшего калибра, и мои бойцы смогли сосредоточить огонь свободнее.

Закинув за спину оружие, я вынул тесак. Жалко клинок — после такого боя можно выкидывать. Ускорившись сильнее, я обрушил его на правое колено. Сдвинулся, спасаясь от взора пулемёта, и нанёс ещё один удар.

Летели искры, гнулась броня, но щиток, копирующий латную защиту доспехов, поддавался плохо.

Я могу ударить значительно сильнее. К сожалению, подобное чревато травмами, которые не так и хорошо заживают.

Удар, ещё один, ещё. Смятый кусок металла всё сильнее затруднял «рыцарю» движения, но падать он не стремился, иногда опираясь на щит, и до сих пор продолжая отстреливаться.

Рядом мелькнул затянутый тьмой силуэт, и на вторую ногу обрушился удар такого же тесака. Я облегчённо выдохнул: Аяз сейчас очень вовремя.